Герцог Эпинэ был четырежды прав, покинув возрождающийся двор.
– Прошу меня простить, но двор, на ваш взгляд, именно возрождается? – Придд пил шадди на кэналлийский манер. Адуан бы сказал, что не закусывая, но адуаны пьют не шадди.
– Сложный вопрос, – Марсель покосился на Котика, тот вздохнул, он хотел к столу. – И философский. Допустим, вам надо возродить разбитую вазу. Вы можете попытаться ее склеить, а можете заказать копию или же заменить похожей.
– Провинившийся слуга наверняка сделает именно это, – спокойно подхватил Придд, – причем с немалым шансом на успех.
Чтобы обнаружить подмену, хозяину мало быть знатоком, нужно держать в памяти множество мелочей, а это непросто. Особенно если часто и подолгу отлучаться.
– И тем более, если прежний хозяин умирает и в права наследования вступает дальний родич, который нашу вазу видел разве что мельком и издали, а то и вовсе узнал о ее существовании из описи. Детским воспоминаниям, кстати, доверять тоже не стоит. Когда я был маленьким, мы довольно часто гостили в Гайярэ и там подавали борнские десерты.
Папенька полагал их отвратительными, но я упорно хранил о них светлые воспоминания, которые развеялись лишь здесь. Я узнал знакомый с детства вкус и был вынужден полностью согласиться с отцовским мнением. Конечно, я не подал вида и доел то, что столь опрометчиво себе положил. Сам доел, поскольку Готти на музыкальные вечера не допускается, и я с этим ограничением согласен. Даже лучшая из собак не в состоянии заменить худшую из морискилл, причем старательность лишь усугубляет ситуацию.
– В Старой Придде ввели в обычай музыкальные вечера?"
"– Сперва в обычай ввели барона Капуль-Гизайля, и это наиболее удачное из здешних нововведений. Дамы стали заметно меньше скучать и заметно лучше одеваться, к тому же это препятствует возрождению того Талига, который в ранней юности потеряла герцогиня.
– Моя мать не любила вспоминать свою юность, но графиня Савиньяк упоминала лакомства, которыми угощали фрейлин.
– Да, – с готовностью согласился Марсель, – она не простила эти десерты до сих пор.
Временно забыла, но не простила…
– Рраув, – почти прошептал успевший сесть Котик и улыбнулся.
– Явился кто-то, достойный доверия, – охотно перевел Марсель и вытащил пряник. – Подойди и возьми.
Перемещение к столу вышло красивым и стремительным. Готти вроде и не торопился, но, когда дверь открылась, он уже расправился с угощением и был готов повторить.
– Сейчас, – пообещал Марсель, оборачиваясь к явно запыхавшемуся Арно.
