Не исключено, что однажды это принесло пользу, хотя смерть Франциска Второго как таковая ничего не решала. Да, я намекаю и с любопытством жду результата своих намеков.
– Я начинаю привыкать к хорошему шадди, – чашечку Валентин взял, не глядя. – О золоте Манлия и о том, что граф Савиньяк поручил мне его найти, вы знаете. Что ж, оно найдено, остается извлечь клад, не привлекая внимания. Удобнее всего совместить вскрытие тайника с обновлением храма, под которым он находится. Недавние события, при всей их омерзительности, эту задачу существенно облегчают: переделки, желая перевернуть неприятную страницу, затевают многие.
По совету графини Савиньяк я объявил о приглашении архитектора из Валмона, причем архитектор мне нужен в самом деле.
– Архитектор у папеньки имеется, – Валме с удовольствием отхлебнул из доставшейся ему чашечки, – ручной и разумный, вот только надо ли доставать золото прямо сейчас? Я, конечно, не Манрик, однако финансовое положение Талига мне не кажется настолько скверным, чтобы губить легенду, к тому же золото Манлия очень кстати стало золотом Приддов.
Клад, укрытый вашими предками, вне всякого сомнения, принадлежит вам, тем более что наследники Манлия успели отложиться от империи, которая в свою очередь успела распасться. Единственный, кто мог бы оспорить ваше право, – это капитан Арамона, но он, хоть и нашел ценности, сделал это незаконно, причем дважды, поэтому он тоже не считается.
– Вы проводите много времени в обществе мэтра Инголса? – второй раз кряду вывернулся Спрут.
– Надеюсь, он не слишком занят. Я бы хотел переговорить с ним до отъезда.
– Когда вы, кстати, едете?
– Зависит от ряда обстоятельств, но, если не произойдет ничего непредвиденного, не позднее чем через неделю.
– Арно до мистерии не отпустят, а она назначена на последний день месяца.
– Простите, вы имеете в виду именно мистерию?
– Герцогине не нравится это слово, хотя задуманное действо, по сути, и есть усеченная мистерия. Устроители не нанимают танцоров и не заказывают музыку, но стриженая овца остается овцой.
Впрочем, со стороны действо при всей своей старомодности должно выглядеть забавно.
– Вы намекаете на алисианские «Времена года»? Я о них слышал.
– А теперь увидите. Между нами говоря, Старая Придда на глазах погружается в пучину былого. Это несколько раздражает, впрочем, некоторые находят в минувшем ту же странную приятность, что и в несбывшемся. Особенно если несбывшееся задним числом возведено в загубленное некими злодеями.
