Руппи говорит, когда кесарем станет его дядюшка, на гербе Дриксен будут крылатые змеи. И поделом, нечего приставать к «Победителю дракона»! Талигойцы, видите ли, «фрошеры», а вы кем со своими ужами окажетесь? И чем их, кстати, кормить? Летучие ужи должны есть летучих лягушек, а их не бывает, зато бывают аисты, которым станет проще охотиться. Нет, змеям летать совершенно ни к чему, так что Штарквинды с гербом промахнулись. Сглупили, как брякнули бы две Эдиты из трех… А ведь семейство Варнике уже должно получить приглашение ко двору, вот только рады ли они эдакой чести? Надо было написать в Кабаний Лог, что если не хочется ехать, то и не надо, только пусть сообщат об этом регенту.
С Октавии хватит Айрис с Иолантой, а с Карла – книжек, главное, не забыть их захватить.
Прежде Валентин не забывал ничего, но уж больно много на него дома свалилось, и ведь не поможешь! С родной кровью шутки плохи. С кровью… И ведь решил же, но задумался о всякой ерунде!
Торопливо оглянувшись, Арно вытащил кинжал и, прикусив губу, резанул руку.
Не так, как Ли, само собой, отсюда до лошадей идти и идти, да и жгута нет, но кровь честно закапала на снег. Может, хоть теперь что-нибудь получится?
Может, оно и получилось бы, но сначала прискакала и повисла на стволе вниз головой рыжая белка, а затем протоптанной фульгатами тропкой спустился Ли и, не говоря ни слова, встал рядом, любуясь на черные кроны. Кажется, он был чем-то очень доволен, то есть не он, а кто-то даже не слишком похожий. Это надо уметь, спутать собственного братца с клириком, да еще эсператистским.
– Сударь, вы откуда?
В ответ – улыбочка, вот из-за нее он и ошибся. Ли, когда ему удавалось что-то важное, ухмылялся именно так. Всю комнату Райнштайнеру кровью залил и ухмылялся, а они все, как последние дураки…
– Арно!
– Валентин? Что-то случилось?
– Возьми платок. Зачем ты порезал себе руку?
– Захотелось. – Спрут, и никаких тебе монахов, про Ли и говорить не приходится. – Скучно стало. Ты не знаешь, что это за деревья?
– Не поручусь, но кажется, ясени.
Возьми платок.
– У меня свой есть.
Солнышко, снежок, на церкви колокол звонит. Красота!
– Арно, ты видел лебедя?
– Ну да, его, похоже, священник подкармливает… Постой, он куда-то делся!
– Несомненно, хотя гораздо важнее понять, откуда он взялся. Сударыня, вы не замерзли?
– Нет. – Окровавленный платок подошедшая мать, само собой, заметила, но ничего не сказала. – Хотела бы я знать, почему мне вспомнился Пьетро.
