– Что за… Что произошло?
– Графиня Ариго поранилась, – объясняет все еще стоящая на коленях Кара, – но мне удалось унять кровь. Мне всегда удается.
– Капрал, вам случалось чувствовать чью-нибудь смерть или рану?
– Не припомню такого, – словно бы извиняется «фульгат». – Вот правила у нас, то есть у разведчиков, есть.
– И какие же?
– В день рождения смирно сидеть, а если вдруг что поперек горла, поворачивать. Когда можно, конечно… Еще убитых перед делом лучше не вспоминать, а после – наоборот, и не всухую.
– А сказки вам в последнее время в голову не приходили?
– Прошу прощения?
– Сказки, – терпеливо повторила графиня. – Страшные. После того, что в Васспарде случилось, могло и вспомниться, да и здесь мне прошлый раз стало неуютно.
Здесь, не в Лаик, там она не чувствовала ничего… Или нет, чувствовала! Уверенность, что бесноватые в Лаик не полезут. В Рафиано их с Гектором прямо-таки тянуло к фамильной усыпальнице, в Сэ она повадилась сидеть на берегу возле статуи оленя, там тоже было покойно, но и только.
Нечастые ночные кошмары? Любой сон так легко объяснить, а главная беда прискакала на лошадиных ногах. Неожиданно и сразу.
– В Васспарде нам не до сказок было, – развел руками Барсук, – мы убийцу ловили, а здесь… Разве что капитан… сын ваш в лице менялся. По господину бригадиру не понять, а он будто видел что.
– Спасибо.
По Придду понять в самом деле трудно, сперва хорошо бы понять самих Приддов.
Иноходцы, они и есть Иноходцы, Вепри – вепри, хотя Бертрам называл Повелителей Скал иначе, а вот Спруты… В древности Повелители Волн блистали главным образом при дворе, но полководцы среди них тоже случались, двое или даже трое.
Пенья-Придды были на виду вплоть до мстительного Юстиниана, но затем семейство как подменили; сохранив и приумножив свое состояние, оно отошло и от политики, и от войн. Затем из глубин всплыл маршал Эктор, вступил в связь с королевой Бланш, украсил свой герб короной и позорно проиграл войну с Франциском.
Сын Спрута от королевы стал родоначальником агарисской ветви, четыреста лет прозябавшей на эсперадорских задворках и напоследок давшей миру Альдо. Этот наглостью и бездарностью явно удался в Эктора, но все его заигрыванья с древними силами потерпели фиаско.
Талигойские же Придды при Олларах вернулись к уединенной жизни в своих владениях, ничем особым себя не проявив, но и не запятнав.
