Потом стало не до астрологии, хотя очень похоже, что за смерть посла нужно «благодарить» просочившуюся скверну. Кто-то, досель сидевший тихо, обнаглел и отправил господина конхессера к Леворукому, хотя почему «кто-то»? Метивший на место Гамбрина доверенный секретарь, или кем там числился сбесившийся в день бунта гайифский дипломат. Мэтр Инголс с Карвалем искали взбунтовавшегося шпиона, а все было проще и банальней, только разгадка запоздала, вернее, оказалась ненужной.
Женщина поправила плащ, просто так, чтобы руки что-то почувствовали, и шагнула с последней ступеньки на аккуратную площадку.
Умело подрезанные кусты позволяли видеть сразу и храм, и реку: красиво, и на первый взгляд никакой загадочности. Собираясь на прогулку, Арлетта не сомневалась, что приречная церковь стоит на месте древнего святилища, сейчас уверенность иссякла, не убеждали даже ивы. Почему? Не так встали звезды или… люди?"
"Прошлый раз на показавшийся зачарованным берег спустилось трое. Мать, сын и друг сына. Волна, Молния и снова Волна.
Если, конечно, верить небу и родословным. Те, кто видит звезды зелеными, связаны, и порой на них что-то накатывает. Арно проговорился, что в бою, сам не зная как, отыскал Валентина. О контузии брата малыш молчал, Эмиль написал сам. Оказалось, чуть ли не в тот самый миг, когда сын, спасаясь от пули, прикрылся конем, она почувствовала что-то вроде дурноты и выронила чашку. Конечно, родная кровь – это родная кровь, но и с побратимством тоже все непросто, иначе б про названых братьев столько сказок не сочинили.
А если дружба связала двоих «демонских отродий», причем, если можно так выразиться, разнокалиберных? Повелитель Волн и вассал Молний не из старших, и к тому же Волна по матери. Как там Альдо изволил сказать Роберу, «женщина неважна, она лишь сосуд, а вино – мужчина»? Образно, но сосуды бывают треснувшими и грязными, в них может оказаться другое вино, уксус, яд, краска, дохлая муха, у некоторых так точно оказалась…
– Сударыня, – подал голос Барсук, – позвольте мне?
– Хорошо, – бездумно кивнула Арлетта, позволяя «фульгату» опробовать простенький, явно новый мостик через заснеженный овражек.
Судя по подернутой туманом прибрежной полынье, это было русло не до конца замерзшего ручья.
Прошлый раз они дальше церкви не забирались, но сейчас можно и пройтись, хотя бы до конца тропки. Любопытно, кто и зачем ее протоптал, ведь на пристани зимой делать нечего, хотя гуляют и ради самой прогулки. Как чета Альт-Гирке или ее величество Алиса.
