– В парке чисто, господин командующий, – доложил носатый капрал, – капитан Левентис передают, у них все готово. Ехать надобно сперва берегом…
– Я помню.
Солнце стояло еще высоко, и призрак… призраки спали. Кони неслышно шагали по слежавшейся, неубранной листве. Из мраморных чаш свисали мертвые растения, ярко серебрилась вода, в кустах радостно до кощунства верещали какие-то пичуги, а впереди раз за разом плюхалось в пруд нечто темное, будто оживали и шарахались от людей камни.
– Водяные крысы? – предположил, разбивая молчание, маршал.
– Прежде их тут не было, только лебеди, но они вряд ли пережили зиму.
– Большинство садовых птиц с помощью младшего служителя походной канцелярии Тагариса удалось отловить и передать епископу вместе с не требующимися для нужд корпуса пони.
– Почему вы не сказали? – Воистину Фурис вездесущ и отмечен благодатью.
– Решение об отлове оставшихся без хозяев животных не требует визы командующего.
– И что? – Мог бы и сам догадаться, если не про лебедей, то хоть про лошадок, ведь снились же! – Там еще кошка была, в домике управляющего…
– Она также находится в резиденции епископа.
Приношу свои извинения, я не хотел вас излишне обременять, однако был твердо намерен вскорости обсудить с вами дальнейшее использование оставшихся без хозяев владений. Мы не можем себе позволить упустить весну, тем более с учетом потребности обеспечения наводняющих провинции беженцев.
– Значит, не упустим, – отмахнулся Карло, разворачивая лошадь в сторону служебных дворов, где осенью валялись трупы, между которыми бродили люди Прибожественного, отличавшиеся от мародеров разве что мундирами.
Отчаянно несло горелым, а у заваленного входа в ставший печью амбар лежала мертвая женщина с рассеченной головой. Мать Пагоса и спекшейся заживо девушки… Пособница, как со смешком объявила какая-то тварь. Тогда Карло сдержался, от встречи с сервиллиоником зависело слишком многое, да и убитая могла в самом деле спутаться с разбойниками.
И все равно было мерзко и, чего уж там, страшновато. Особенно когда пришлось расстаться с большей частью свиты… Потом из раскуроченного бандитами дома выскочил Лидас, и они сумели не поссориться.
– Господин командующий, – Агас в парадном мундире четко отдал честь, – все готово.
– Хорошо, – Капрас покосился на чего-то ждущих клириков. – Отец Ипполит, вы в самом деле желаете присутствовать?
– Да, – подтвердил тот, вполне пристойно слезая с коня.
