Ирина не могла сосредоточиться на работе, зная, что дети и муж сидят без присмотра, не кормленные, не обласканные. Хотя на практике они великолепно ели сами и чувствовали себя прекрасно в своей тесной мужской компании, Ирина все равно мчалась домой, будто за ней гнался призрак плохой жены и матери и хотел ее поглотить. Исключения составляли только дни, когда она надолго застревала в совещательной комнате, но тут на помощь приходила Гортензия Андреевна.
А сегодня, как в юности, вроде бы и на работе все дела переделала, и домой торопиться не надо.
Приятное ощущение. По этому случаю можно даже кофейку себе заварить; хоть в ее положении врачи и не рекомендуют, но от одной чашки в день вреда не будет, а утром она еще не пила. Тем более растворимый кофе обладает мочегонным эффектом, что при беременности очень даже полезно.
Насвистывая что-то среднее между «Землей в иллюминаторе» и «Крышей дома», Ирина согрела воду, размешала в небольшом ее количестве кофейный порошок до состояния замазки и наконец наполнила чашку.
Такая технология помогала избежать образования комочков. Только она села и закинула по американской манере ноги на стол, как к ней постучался Дубов.
Пришлось срочно принимать приличное положение, отчего Ирина чуть не свалилась со стула.
– Простите, Ирина Андреевна, если побеспокоил, – улыбнулся Анатолий Иванович, – а ваша приятельница…
– Поехала в спортивный магазин.
– Жаль, что не успел застать.
– Послезавтра она приедет.
– Очень хорошо. Своеобразная дама…
– Вы простите, Анатолий Иванович, если обманула ваше доверие, – начала Ирина, но Дубов перебил:
– Я уже сказал, что не стоит беспокоиться.
Вы все правильно решили. Вреда она нам точно не причинит, а пользу может принести. Больше скажу, сейчас я буду рад любой помощи, потому что первый раз в жизни сомневаюсь в своем решении.
– Прямо первый-первый?
– Да, Ирина Андреевна. Я всегда выносил приговор, только когда был полностью уверен.
– Мне бы вашу убежденность, – вздохнула Ирина, и только сейчас, заметив перед собой дымящуюся чашку, вспомнила о долге гостеприимства: – Кофейку, Анатолий Иванович?
– Что ж, не откажусь, – улыбнулся Дубов, – а если хотите мою убежденность, то вот вам мой секрет.
Я всегда помнил, что я человек и сужу тоже человека.
Ирина быстро приготовила еще чашку кофе тем же манером, только добавила сахара, вспомнив, что Дубов пользуется репутацией сластены. Его сентенция показалась ей бессмысленной.
