"
"По мере его приближения, ощущаю себя немного неуверенно и по привычке, в защите, включаю Юлю-соблазнительницу. Это она натягивает загадочную улыбку Моны Лизы одними уголками губ, пальчиками прядь волос с лица убирает. Кокетливо поправляет венок на волосах.
А он уже близко, очень близко и смотрит на меня так пристально, словно пытается понять, что у меня внутри. И в золоте волос отчетливо видно, что седых прибавилось.
— Здравствуй, Аполлинария, — тихо здоровается Юра, остановившись примерно в метре от меня, не пытаясь дотронуться.
— Здравствуйте, Георгий Николаевич.
Откуда у меня опять Георгий Николаевич выскакивает, фиг его знает… От нервов, наверно…
— Куда же ты убежала от меня?
— К бабушке на могилку убежала, отдохнуть. Как ты меня тут нашел?
— Да парнишка встретился… Смешной такой… Сказал, где ведьму искать.
Улыбаюсь, ощущая , как пристально смотрит он на меня, взгляд такой горячий, теплый… Он спокоен, судя по всему, ругаться не планирует… За побег не собирается наказывать.
Это же хорошо?
— Отдыхают в могилках, а не на них, — продолжает Юра, усмехаясь.
— Это как посмотреть, — улыбаюсь шире. — Мне нужно было, устала я от всего.
Он не отвечает, смотрит… Ох, как смотрит… Хочется уже сделать шаг и ему на шею упасть… Но терплю, как-то это… Неправильно…
— За тобой приехал… — В конце концов, разрушает наше молчаливое переглядывание.
— За нами, — поправляю аккуратно и руку на живот кладу. Это, чтоб даже до него сразу дошло.
И вижу по изменившемуся лицу, что доходит.
Постепенно. И очень сильно.
Глаза его расширяются, зрачки топят радужку, становясь моим персональным порталом в другой мир, настолько это завораживает.
А затем Юра, наконец-то, разбивает наше бесконтактное пространство, первым протягивая ко мне свои сильные руки. Я послушно делаю шаг вперёд, сразу попадая во власть его объятий.
Кирсанов очень аккуратно, словно я хрустальная, по талии проводит ладонями, а потом к животу. И тепло от его прикосновений. Спокойно.
— Ну, скажи мне, ведьма, кто у нас будет?
У него на редкость хриплый голос. Такой, словно воздуха не хватает. Где твоя невозмутимость, Юра?
— Мальчик, — отвечаю я , — назовём Маркелл.
Кирсанов резко вскидывает на меня голубые глаза, и в них… Изумление. Шок. Чем так удивила?
— Ты откуда такое имя взяла? — шепчет он, продолжая гладить меня уже по рукам, по плечам, под волосы пальцы свои длинные запускает, шею ласкает. Большим пальцем по щеке проходится.
