Это было непросто, учитывая бежавших ко мне семь вооруженных людей.
До девочек, наконец дошло, что я не враг они вскочили на ноги и подбежали ко мне, обняв и крепко прижавшись худенькими телами. эфиры Рыдания снова прорвались «голосом», они размазывали слёзы, не собираясь от меня отлипать. А дружинники, тем временем, приближались.
— Отставить слёзы! — рявкнул я, н а что девочки испуганно замолкли, но от меня не отцепились.
— Бегом в кусты! — продолжал командовать я, изобразив свой самый командирский голос.
— Не высовывайтесь оттуда! Если всё закончится хорошо — я вас заберу, если что-то пойдёт не так — бегите в сторону холмов! Там вы встретите деда Маханыча, он как раз сюда идёт. Бегом!
Я мягким толчком придал девчатам ускорение и развернулся в сторону приближающегося врага.
— Раз, два, три, четыре, пять, вышли зайки погулять… — я снял со спины пулемёт и аккуратно установил его на сошки, спрятавшийся за могилой, на деревянном памятнике на которой было написано: «Параша дочь Моргула».
— Сорян, бабуля! Ничего, что я сверху? Больно хороший обзор с твоей могилки открывается.
Я потом грехи отмолю — ты не переживай. Всё, ради твоих внучек, так что, если что — не спеши с проклятьем! — зачем-то поговорила я со с покойной бабкой.
Дружинники перлись во весь рост, не скрываясь и не петляя. Странное поведение для настоящих воинов! Нет, я понимаю, что ожидать серьезного сопротивления на хуторе не стоило, но все же были крики и выстрелы, а значит там их соратники с кем-то воевали! Переться просто так, рогом, было очень непрофессионально! Хотя, о чем это я! Мне же это на руку!
— Вот охотник выбегает, прямо в зайчиков стреляет… — я два раза широко вдохнул-выдохнул, восстанавливая дыхание и ведя стволом за бегущими на меня людьми, но не удержался и договорил считалочку до конца перед тем, как придавить спусковой крючок.
— Пиф — паф! Ой-ой-ой! Умирает зайчик мой!!!
Первая же очередь сбила троих из семи нападавших, четверо оставшихся, наконец-то, попадали в траву начали ввести огонь в моём направлении.
— Сорян! — снова буркнул я, когда деревянный памятник, в виде остроконечной пирамиды разбился от попадания пуль. — Прошу обратить внимание, бабушка, что вандализмом занимаюсь не я! — снова обратился я к усопшей. — Так-то я против вандализма и вот этого вот всего! Обещаю! Вандалы будут наказаны! Жестоко наказаны!
Ленты хватило ещё на подстрелить одного врага, а затем патроны закончились. Запасные же утащил с собой Лысый.
