— Слабоумный он! Гришка это! — очень натурально голосила Рыжая и я даже немного расстроился. Похоже, артистом она была лучшим, чем я. — Но зато он очень сильный и полезный! Если ему скажешь, он тяжести всяческие таскает.
Дружинники расслабились и двинулись осматривать крепость дальше.
— Слыхал, вы князя нового выбрали? — нахмурился старший. Собственно, я рассчитывал, что они об этом ещё не узнают, но они узнали. С помощью дозорных или ещё как-то, да и бог с ними. — Кто таков? Он в крепости?
— Дык, господин-батюшка это ж полоумный местный.
Не углядели мы — прорвался в Святилище, да и возложил свою длань пакостную на алтарь великий. Мы его сами…
— И где он сейчас? — прервал мои причитания дружинник.
— Да кто ж его знает, — удивился я. — В город рванул, небось в канализации прячется, — махнул я в сторону Песецка.
Дружинник, не слезая с коня, направился во двор и мне пришлось отступать, пятсь, впереди него. Внутри царила тишь и благодать! В стороне стоял и ковырялся в носу один из боевиков ватаги, также всячески изображая местного доходягу, что, учитывая физические кондиции боевиков, давалось им с трудом.
Помогала, опять же, свободная грязная одежда.
Собственно, как я понял, в рамках дозорной четвёрки, которая сюда прибыла, планировалось произвести общий осмотр, в основном на отсутствие/наличие опасности. Основная инвентаризация будет по прибытию хозяйственников из обоза. Именно на это я и рассчитывал.
Быстро пробежавшись по пустым помещениям, дозорные доложили.
— Чисто!
— Чисто! — повторил второй.
Старший кивнул, воровато осмотрелся, да и, к моему изумлению, отослал всех трёх дружинников.
— Хорошо! Давайте все вместе! Скачите к обозу! Сообщите нашим, пусть подтягиваются!
Дозорные переглянулись, но командира не ослушались пришпорили коней, и гурьбой поскакали к княжескому каравну.
— Слышишь говномес! А где у вас тут княжеская кладовая?
«Ах ты хитрожопая сволочь!» — с восторгом подумал я, но вслух произнес:
— Да туточки, господин хороший!
— Веди, — сказал он.
Ну я и повёл. Проходя мимо Лысого, я подмигнул другу. Один из деревянных брусочков, которые он возил перед собой в пыли, оказался свинцовым, и здоровяк его мощно метнул в затылок проходящему со мной дружиннику.
— Ха! — только и сказал я и добавил. — Ну и кто теперь говномес?
Собственно, это можно было и предположить. Шлем дружинника вмялся внутрь черепа вместе с костьми. Лысый снова немного не рассчитал свои силы, хотя я хотел взять «языка».
