— Его же нужно искать по горячим следам, немедленно! Не зря же он так поспешно покинул свое место работы.
— Вот именно! — сразу же подхватил майор. — Но дома у него мы уже побывали. И вполне естественно, что его там не застали. Его уж, поди, и в городе нет, если он действительно совершил это убийство.
— Значит, нужно объявлять розыск! Сообщать его данные, чтобы тщательно проверяли на всех маршрутах! — не отступала я.
— Оповестим сейчас всех, только думаю, что это бесполезно, — вяло сказал Мельников."
"— Кстати, — злясь в душе на своего приятеля, обратилась я к Королихину.
— Вы эти данные откуда-то переписывали или сам Сапожников их вам сообщил?
— Сам сообщил, — кивнул администратор. — Я просто записал с его слов, и все…
— Так, может, он и не работал вовсе ни в какой фирме «Артекс»! — воскликнул Барабаш. — Может, и нет такой фирмы!
— Может, и нет, — глядя в пол, согласился Королихин. — Но вы сами подумайте, Вениамин Викторович, — не станем же мы проверять каждое предыдущее место работы наших сотрудников! На это же уйдет бог знает сколько времени! К тому же многие эти фирмы-фирмочки, как вы знаете, ликвидируются через месяц после открытия! И как все это потом поднимать?
— Ну ты все-таки не в забегаловке работаешь, Евгений Федорович! — парировал Барабаш.
— Тогда мне нужно бросать основную работу и только этим заниматься! — не остался в долгу администратор. — Нанимайте тогда специального сотрудника, который будет досконально изучать все предыдущие места работы остальных!
Мельникову надоело слушать эти пререкания, и он направился в коридор, где по-прежнему тусовались его оперативники.
Я же подумала, что ему просто не хочется заниматься этим делом. Оно явно не входило в разряд громких, за раскрытие которых можно получить хороший бонус. А избалованный похвалой начальства Мельников уже привык к подобным делам. Но с другой стороны, Андрей сам всегда говорил, что за раскрытое дело далеко не всегда получишь поощрение, а вот взбучку за нераскрытое — обязательно. Почему же он не мычит, не телится?
— Так что же, в первую очередь к матери Порфирьева, что ли, ехать? — с досадой спросила я майора, когда он вернулся в кабинет.
— Ведь ей еще предстоит сообщить о смерти сына!
— Да, — подобравшись, кивнул Мельников. — Сейчас я отправлю туда Прокудина и…
— Я поеду с ним, — тут же заявила я.
Майор посмотрел на меня полным сочувствия взглядом, словно хотел сказать: «И охота тебе переться посреди ночи», но спорить не стал.
— Я не возражаю.
