Однако, к вечеру он с удивлением обнаруживал, что всё на своих местах, и вся работа завершена, а он даже и не торопился, делал всё с расстановкой, успевал и с соседом, Хафиз-абыем через забор словом перекинуться, и с другим соседом, дядей Петей, у двора поболтать, и с ребятами на речку сбегать. И сейчас приятная усталость разливалась по всему телу и удовлетворение от проделанного труда грело душу. А абика ведь помимо своих хлопот, успевала ещё и читать пять раз в день намаз, а его не прочитаешь так просто, перед тем нужно чисто-начисто вымыть руки, лицо, уши, ступни и даже протереть влажной ладонью волосы.
Затем абика вставала на специальный коврик, намазлык, и, обратившись лицом в сторону Мекки, принималась за молитву. Абика нараспев читала Коран, священную книгу мусульман, слова которой открыты были пророку Мухаммеду самим Аллахом, а Айнур внимательно слушал, хотя и не понимал многого.
На небо выкатывался остророгий рожок месяца, повисал над печной трубой. Над кустами калины и сирени в палисаднике рассыпались горстью яркие мерцающие звёзды, опускались сумерки, веяло прохладой с реки, травяным духом с полей, и Айнур с абикой выходили отдохнуть перед вечерним чаем на скамейке у ворот.
Абика надевала тёплый жилет и сверху ещё накидывала старый вельветовый халат в рубчик, местами уже протёртый до дыр, но бережно хранимый абикой для посиделок. Кряхтя, она вытягивала ноги в галошах, опиралась спиной на забор, позади скамейки, закутывалась в халат, и, поднимая глаза к небу, улыбалась и говорила:
– Вот и день прошёл, Аллага шокер.
"
"Айнур тоже протягивал босые ноги, усталые и загорелые, опирался на забор и любовался далёкими звёздами и рекой Млечного пути, несущей свои воды по Вселенной, и было ему так хорошо, что вот век бы так сидел, не сходя с места. Некоторое время они сидели молча, а потом абика начинала рассказывать что-нибудь про жизнь. Только уже став взрослым, Айнур понимал, насколько мудрой была его абика, ибо ни разу в своих рассказах не осудила она никого из тех, о ком вела повествование, кроме разве что сказок, где высмеивались злые и хитрые, жадные да завистливые.
Но то сказки, а в жизни…
Абику звали Гульбика, и было у них с бабаем Фатхитуллой семь сыновей, все имена которых начинались на букву «М»: Марат, Максуд, Мансур, Муса, Мифтах, Мударис и Муртаза. Мифтах, младший сын, был отцом Айнура, остальные приходились ему дядьками. Вот только знал Айнур из них двоих: Мудариса и Максуда.
