— Убирайся, ты, мерзкий неандерталец!
Иногда, в своих мечтах я представляла, что меня похитит Робинзон Крузо и увезет на необитаемый остров. Будет кормить бананами и любить до полного изнеможения. Герой моих фантазий был ласковым и умелым любовником. Он не имел ничего общего с тем грубияном, что сейчас стоял предо мной.
Прикосновения варвара заставляли меня морщиться от отвращения. В них не было ни капли нежности или эротизма, только желание спариться. Происходящее перестало казаться мне сном и обернулось настоящим кошмаром.
Варвар похотливо улыбнулся. Мое сопротивление только раззадорило его. Рядом глумливо похихикивала его старшая сестрица. Но никто из семейки и не думал вмешиваться.
Я умоляюще глянула на старуху и одними губами прошептала:
— Помогите, пожалуйста. Не надо…
Не думаю, что старуха расслышала мой шепот. Но происходящее не нуждалось в пояснениях. А мои дрожащие губы и вытаращенные глаза были красноречивее всяких слов.
Обычно смелая и решительная, в этот момент я совершенно растерялась.
Появилась шальная мысль сбежать, но что делать девушке одной в непроходимой чаще? Да и эта семейка легко нагонит меня. И тогда уж точно сожрет. А становиться ужином мне как-то не хотелось.
Старуха протянула руку и схватилась за подол моего платья. Ее глаза зажглись алчностью.
— Плати, — объявила она.
Видимо, в этой местности тоже ценились эксклюзивные шмотки. Я сглотнула застрявший в горле комок и послушалась. Спустила с плеча бретель платья, дрожащими руками схватилась за платье с обеих сторон и резко сдернула.
Нежная ткань упала к моим ногам и окутала их причудливым бордовым облаком.
Стараясь не смотреть на лица варваров, я стыдливо прикрыла грудь руками. Зацепила платье носком туфли и подкинула к старухе.
— Бери.
Грязные пальцы скомкали шелковую ткань, оставляя на ней зацепки. Я поморщилась, но себя мне было куда как жальче.
— Давай, — старуха указала на туфли.
Пришлось скинуть и их.
— Подавись, разбойница, — буркнула я. — Что-нибудь еще?
Лучше бы не спрашивала. Пока мамаша запихивала обновки в стоящую невдалеке корзинку, ко мне подскочила старшая «сестрица».
Зацепила прядь моих волос и восхищенно пискнула.
— Не отдам! — объявила я и выдернула из ее жадных рук свое сокровище. — Хочешь, бери это, — и протянула ей клатч.
Но изделие из искусственной кожи не заинтересовало аборигенку. Она наморщила носик и снова потянулась к волосам.
«Братик» решил воспользоваться отлучкой мамаши. Он грубо оттолкнул сестру, и та упала на песок.
