Раздумывая над своей дальнейшей судьбой, я поплелась вслед за бабкой и ее великовозрастными дебилами. Сыночек все еще поглядывал на меня с интересом, но активности не проявлял. Да и идти ему было тяжеловато: связка тонких веток оттягивала его плечи и постоянно норовила сползти.
Бабка и ее дочери тоже не шли порожними. Они тащили на головах плетеные корзины, судя по напряженным шеям — тяжеленные. Теперь стало понятно назначение причесок «барышень»: в глиняном углублении как раз умещалось дно корзины. Бабка, несмотря на возраст, шла легко, не замечая груза.
Чего не скажешь о дочерях: они попеременно охали и придерживали корзины руками.
Тщательно сформулировав новый вопрос, я вновь обратилась к главе дикого семейства:
— Помогите мне выбраться отсюда. Покинуть этот лес и вернуться в свой мир.
Старуха обернулась ко мне и зыркнула так, что я вздрогнула.
— Нет другого. Погиб, — прохрипела она. — Давно.
— Вы заблуждаетесь, — настаивала я. — За пределами ваших владений есть жизнь. Там много людей, машин, одежды и еды.
Всего много! Просто нужно выбраться из леса и…
Тяжелая ладонь бабки опустилась на мой рот, приказывая заткнуться.
— Покидать. Нельзя. Табу.
Я замычала и мотнула головой, вырываясь из цепких когтей.
— Почему?
— Калки найдет. Порвет, — заявила старуха и пошла дальше. — Съест, — последнее слово прозвучало, как предупреждающий выстрел в воздух.
Не знаю, кто такая эта Калки, но попадать к ней в лапы я не собиралась. Неужели все эти люди оказались заложниками в этом богом забытом месте? И одичали, не имея возможности вернуться к цивилизации.
Я почувствовала себя Колумбом, открывшим новую землю. Осталось убедить этих неандертальцев послать весточку во внешний мир. Скажем так, почтовую голубку. Ну, или альбатроса, учитывая мои размеры.
Мне уже представилось, как я, Варвара Анатольевна Иванова, возвращаюсь домой и сообщаю миру о своем открытии. И тысячи ученых и путешественников восхищаются моей смелостью. Обо мне пишут в газетах, у меня берут интервью и автографы.
Я — звезда современности. Отважная и неукротимая.
Звезда так зазвездилась, что не заметила торчавший из песка корень и шлепнулась с небосклона славы. Почва была настолько рыхлой, что мне не сразу удалось подняться. Загребая песок руками, я долго барахталась, как перевернутая на спину черепаха.
Никто и не подумал помочь мне подняться. Варвары просто шли дальше, прекрасно понимая, что мне придется следовать за ними. Другого выхода у меня просто нет.
