То… что я доверилась тебе… это… это исключение. Просто ты такой… хороший. И… настойчивый. Но я… Я хочу знать о своей родне. Понимаешь?
Аедан молчит, странно смотря на меня. Словно до конца не верит в то, что слышит. А ведь я уже что-то подобное ему говорила. Но хоть не перебивает, за что я безмерно благодарна. И мне становится немного легче изливать ему душу, делясь наболевшим.
— При дворе в Аделхее все были уверены в том, что мама родила меня от какого-то случайного любовника, который бросил её, как только узнал, что она беременна.
Обсуждали это у меня за спиной. Пальцами тыкали. Мамин муж… он никогда меня не признавал, не скрывал, что женился на маме и дал мне своё имя только ради её состояния, обзывал меня ублюдком и бастардом, и даже слова доброго я за всю жизнь от него не услышала. А когда мама погибла, сразу же отрёкся от меня, оставив без гроша. Меня никто никогда не любил кроме мамы и Тори. А единственная мужская любовь, которая мне известна, которую я видела, это больная одержимость Танраггоса. И мне… так хочется услышать о том, кто на самом деле дал мне жизнь, кто погиб, защищая нас с мамой.
Хочется… услышать о жрице Олуфеме, которая думала обо мне даже тогда, когда меня на свете ещё не было. Хочется поверить наконец, что я родилась не просто так, не случайно. Хочется узнать о любви своих родителей, что мой отец не бросал нас и мог бы меня полюбить, если бы не погиб. Мне это нужно, понимаешь? И я имею право это получить."
"Выговорившись, я застываю напряжённой струной, тяжело дыша. Это так долго кипело внутри меня, так долго давило на сердце, что сейчас я будто каменную глыбу с плеч сбросила.
И не могу понять, чего мне больше хочется — плакать, или парить.
— Такое право у тебя действительно есть, — озадаченно произносит Аедан. Поджимает задумчиво губы. И в чёрных глазах мелькает тень сожаления. — Я… даже не думал, что для тебя это настолько важно.
— Очень важно, — шагнув к нему, я прижимаюсь к широкой груди, прячась от всех неприятных воспоминаний в его объятиях.
— Тогда, я не имею права тебе это запрещать, — на мой затылок опускается широкая ладонь, ласково гладя мои волосы.
— Но не могу не предупредить. Будь с ней осторожна, Крольчонок.
Глава 92
Что-то изменилось между нами с Аеданом после этого разговора.
Я и раньше довольно часто ловила на себе его внимательные взгляды, привыкла к тому, насколько проницательный мужчина мне достался. И спокойно приняла это, ведь другой бы не пробрался под ту корку страхов, что сковывала моё сердце.
