Такому ему противиться сложно. Сейчас со мной король говорит. Но и мне нужно помнить, что я Верховная. И я… имею право на собственное мнение. Имею! И пора мне самой для себя это осознать!
Хочет поговорить? Хорошо? Но… если снова начнёт мне, как ребёнку малому и несмышлёному, запрещать разговаривать с Кахин, или с кем-то ещё, я больше не буду смиренно молчать и соглашаться.
— Да, Аедан. Я закончила. И могу с тобой поговорить, — произношу ровно, поднимаясь на ноги и поворачиваясь к нему.
Наши взгляды встречаются, и его несносное величество удивлённо вскидывает брови.
Наблюдает, как я подхожу. Улыбается хищно, протягивая мне руку.
— Постой, Дан, — неожиданно окликает его Кахин. — Пожалуйста, подойди. Я должна тебе сказать…
Взгляд моего демона снова мрачнеет. Пару секунд он молча смотрит прищурено на немощную старушку, умоляюще тянущую к нему руку. А потом, скрипнув зубами, всё же подходит к кровати.
— Я слушаю.
Глава 91
Кахин закрывает глаза, судорожно вздыхая. Качает головой сокрушённо… И поднимает на него тоскливый взгляд.
— Я знаю, что ты никогда не простишь меня, Дан, — произносит тихо.
— Для этого не нужно быть прорицательницей, — роняет мой демон холодно.
— Да. Да, ты прав, — согласно кивает она. — Но… я хотела, чтобы ты знал. Мой дар ушёл. Значит, и жизнь на исходе.
Я вскидываюсь отрицательно, даже возразить пытаюсь, но Кахин останавливает меня, подняв дрожащую руку."
"— Этого не изменить, дитя. Это непреложный закон. Странницы живы, пока несут свой дар миру. Если дар уходит, значит, наш путь завершён.
Я уже очень много прожила. И благодаря тебе, проживу ещё пару лет, но не дольше. И когда выздоровею и уйду отсюда, мы больше не увидимся. Мне бы хотелось сказать, что я ни о чём не жалею. Но это не так. Дан… — её взгляд снова обращается к внуку. — Я не прошу тебя простить меня. Я пыталась поступать правильно… но делала ошибки… много ошибок. Ты был прав. Ослеплённая своим предназначением, я не всегда выбирала тот путь, который был действительно правильным.
И однажды я пошла против воли богов. Я пыталась уберечь свою дочь от её судьбы, запрещая любить твоего отца. Я знала, что это неизбежно и, что приведёт её к гибели. Но она не послушалась меня. А я, ослеплённая горем и гневом, не смогла найти другого способа спасти её. Правда сокрылась от меня. Пока не оказалось слишком поздно. Я знаю, что ты не веришь в то, что я не могла предупредить. Но это действительно так. Я не успела. Я не видела, когда за ней придёт смерть.
