Мисс Трим хорошо держала удар. Она даже не вздрогнула, сжимая в руках книгу Остин, как спасательный круг.
– Да, сэр.
– Удивлен, что вы уволились из этого дома. Как вы могли оставить такую госпожу, этот образец совершенства?
Лит мог бы прямо обвинить мисс Трим во лжи, но ему хотелось покуражиться над ней.
Она поджала губы.
– Я вынуждена была уволиться в силу обстоятельств. Почему вы мне не верите, сэр?
Лит сцепил пальцы в замок и подпер ими подбородок.
– Вы считаете, что я должен вам верить?
– Да.
Нелл шумно втянула воздух, чувствуя досаду.
И у Лита вдруг екнуло сердце. Стенки раковины, в которую пряталась эта девушка, стали значительно тоньше. Лит до сих пор не доверял ей, но готов был побиться об заклад, что настоящая Нелл Трим была уже где-то близко. Еще немного, и он пробьет ее оборону.
– Милорд, вы считаете, что я плохо справляюсь со своими обязанностями?
– Моя мать вами довольна.
Выражение ее лица смягчилось, и Лит понял: мисс Трим искренне любит его мать.
– Я очень благодарна ее светлости за доброту.
Нет никакого подвоха в том, что я попросила мистера Крейна помочь мне подобрать для нее книги. Чтение отвлекает леди от дурных мыслей.
Маркиз нахмурился.
– Состояние ее здоровья ухудшается?
Мисс Трим опустила глаза.
– Ее светлость никогда не жалуется.
Да, мисс Трим хранила верность леди Лит. Возможно, маркиза не зря приблизила к себе эту девушку.
– Я знаю.
Мисс Трим прищурилась, и Лит вдруг вспомнил, почему при первой встрече испытал недоверие к ней. Тогда он почувствовал со стороны мисс Трим не просто антипатию, а скрытую немотивированную агрессию.
Маркиз не понимал, с чем она была связана.
Он чуть не расхохотался. Никогда раньше Лит не задумывался, какие чувства испытывают к нему слуги. Он не обращал внимания на их эмоции. Слуги делали свою работу, маркиз платил им за нее – и довольно щедро. Этим их отношения и ограничивались.
Он слишком много думает о мисс Трим, вот в чем дело… Это никуда не годится.
– Ее светлость заметно ожила после вашего возвращения, милорд.
Маркиз воспринял эти слова как еще один скрытый упрек в пренебрежении сыновними обязанностями. Эта самонадеянная девица хотела сказать, что Лит должен был чаще приезжать, поскольку его визиты благотворно сказывались на самочувствии матушки. Лит мог бы возразить строптивице. Ведь именно мать мечтала о его политической карьере. Ради нее он с головой ушел в работу, стремясь реализовать амбиции семьи.
Но, разумеется, Лит не стал оправдываться перед служанкой.
