И учитывая, что вам, мисс Трим, первой среди наших друзей довелось увидеть наследника рода Ротермеров, я прошу вас называть меня Пенелопой."
"– Мисс Трим больше нет, – с улыбкой сообщил герцог. – Доктор запретил приводить к тебе гостей до завтрашнего утра, но когда я узнал, что Лит и Элеонора вчера поженились, то подумал, что ты захочешь поздравить их.
Герцогиня тихо ахнула, и ее лицо расплылось в улыбке.
– Как замечательно! Мы все надеялись, что вы поженитесь!
Лит взял руку Элеоноры и почувствовал, что она трепещет.
– Значит, вы все хотели, чтобы я стала женой Джеймса?
– Конечно, – ответила Пен. – Мы же видели, как сильно вы влюблены друг в друга, и не сомневались: все трудности будут преодолены. Вы – отличная пара!
– С-спасибо, – запинаясь, пробормотала Элеонора.
Оказывается, герцог и герцогиня никогда не считали ее неподходящей кандидатурой на роль маркизы. Осознание этого имело для Нелл огромное значение. Ее уверенность в себе возросла.
Лит понимал, что не ошибся в своем выборе.
Его друзья радушно приняли Элеонору в свой круг, а мнение других аристократов не имело для него значения. Отказавшись от политических амбиций, Лит почувствовал себя на десять лет моложе. Его сердце переполняла радость.
– Подойдите ближе и взгляните на моего сына, – предложил Седжмур.
Когда Лит и Элеонора приблизились к кровати, герцогиня протянула им ребенка, который ненадолго открыл глаза и захныкал. Однако когда мать снова прижала его к груди, он тут же успокоился.
– Позвольте представить вам Ричарда Питера Торна Ротермера, маркиза Пембриджа.
– Какой хорошенький, – воскликнула Элеонора. – Просто красавчик.
– Да, красавчик, – согласился Лит и вдруг подумал, что наступит день, когда и у них родится ребенок, их первенец.
Элеонора будет с гордостью и любовью показывать малыша друзьям. И как будто в подтверждение того, что все так и будет, начали звонить рождественские колокола деревенской церкви.
Элеонора осторожно дотронулась до щеки спящего младенца и улыбнулась Литу. Ее янтарного цвета глаза сияли от счастья.
– Его подарила любовь, – прошептала она.
Сердце Лита сжалось от чувства благодарности к Нелл. Он коснулся мягкой щеки жены с такой же неизбывной нежностью, с какой она прикасалась к щеке новорожденного. Забыв о том, что они не одни, маркиз взглянул в ее прекрасные глаза и прошептал:
– Это тебя подарила мне любовь, Элеонора."
