Литу вдруг захотелось, чтоб его мать в этот момент увидела Элеонору! Вообще-то он не был в полном восторге от ее туалета. Когда мисс Трим разгуливала по его дому в строгих пуританских платьях, Лит наслаждался тем, что он один замечает ее красоту. Это была, конечно, иллюзия, самообман. Элеонора в любом наряде была ослепительно хороша, и все это отлично видели.
Рядом с Элеонорой стоял стул. Но теперь, когда Лит немного отошел от шока, он решил действовать осторожно, и поэтому с небрежным видом сел подальше от нее.
– Ты соврала мне. Нет никакой леди Баском и никакого поместья Уиллоу-Хаус, – начал он.
Элеонора нахмурилась, как будто пытаясь вспомнить, о чем идет речь.
– Мне требовались рекомендации, чтобы получить работу в твоем доме.
– И ты написала их сама?
Элеонора потупила взор. Ей было досадно слышать от него обвинения в нечестности.
– Мне было очень неприятно врать твоей матери.
По всей видимости, то, что она лгала ему, не вызывало у нее угрызений совести. Лит понял: разговор будет долгим и непростым, прежде чем Элеонора согласится дать ему шанс восстановить их отношения.
И хотя маркиз как политический деятель привык воздействовать на людей силой убеждения, он не был уверен, что на этот раз победит в словесной схватке.
– Она не знает, что ты солгала ей.
– Ну так узнает.
Да, леди Лит обо всем узнает, если Элеонора доведет дело до конца и предаст огласке эти проклятые письма. Маркиза поймет тогда, что пригрела на груди змею…
– Седжмур мне все рассказал.
Я знаю, зачем ты стремилась попасть в мой дом. Ты хотела найти доказательства моих преступлений.
– И я нашла их, – пробормотала Элеонора, разглядывая свои сцепленные на коленях руки.
– Теперь многое стало понятно, – продолжал маркиз. – Твои ночные странствия по дому, желание порыться в библиотеке. А твое внезапное появление в моей спальне ночью? Я никак не мог объяснить себе мотивы твоих поступков. Но теперь мне все ясно.
Щеки Элеоноры порозовели.
– Я чуть не умерла от страха, когда ты вдруг вошел в спальню.
– Еще бы! – В голосе маркиза звучала горечь.
Элеонора бросила на него осторожный взгляд.
– Я думала, ты придешь в ярость.
– Мало ли что ты думала! Ты, наверное, полагала, что будешь в безопасности под теплым крылом Седжмура, – мрачно заметил Лит.
Ее глаза расширились.
– Ты… ты неправильно понял, герцог вовсе не…
– Я не об этом! – перебил ее Лит, едва не улыбнувшись. – Седжмур, как известно, верен жене.
