Маркиз быстро сбежал по лестнице и заглянул в гостиную. Элеоноры там не было, но всюду ощущалось ее присутствие. Комната была убрана, а на подоконнике в вазе стояли розы, которых не было вчера. В камине пылал огонь, от которого исходило приятное тепло.
Но где же Элеонора? Погода никак не подходила для прогулок. Охваченный скорее любопытством, нежели беспокойством, Лит стал искать любовницу. Дом был маленьким, и вскоре он осмотрел все его уголки.
Подойдя к вешалке в прихожей, маркиз не нашел плаща Элеоноры.
Она, наверное, отлучилась в конюшню, проведать свою гнедую кобылу. У Лита отлегло от сердца.
Набросив на плечи плащ, Лит поспешил к хозяйственным постройкам. Однако в конюшне он не нашел ни Элеоноры, ни ее лошади. Лит растерянно развел руками.
Странно, что Нелл решила в такую ужасную погоду покататься верхом. Что заставило ее покинуть дом?
Маркиз вдруг вспомнил стук копыт, услышанный в полусне. Что, черт возьми, все это означало? В доме было все необходимое. Почему же Элеонора уехала?
Лит терялся в догадках.
Может быть, он напугал ее ночью, и она обратилась в бегство? Но Лит изо всех сил старался быть нежным. Что же случилось?
Охваченный беспокойством, Лит вернулся в дом. Дождь лил как из ведра. Как за спасительную соломинку маркиз цеплялся за версию об утренней прогулке, однако в душе чувствовал: произошло что-то страшное."
"Лит решил поискать ответы на мучившие его вопросы в доме. Вскоре он заметил лежавшую на диване сумку с бумагами.
Нахмурившись, он вытряхнул ее содержимое. Из сумки выпал договор. Неужели этот документ шокировал Элеонору? Лит составил его, чтобы обеспечить будущее возлюбленной и детей, которые, возможно, родятся у них. Он не имел злого умысла. Но после ночи любви ей, наверное, было трудно снова спуститься на грешную землю и взглянуть правде в глаза. Лит вспомнил, как болезненно отреагировала Элеонора на его попытку обсудить с ней вопросы, связанные с ее благополучием и материальным содержанием.
Решение стать его любовницей непросто далось Элеоноре Трим. Она согласилась лечь с ним в постель лишь побуждаемая непреодолимым влечением. Увидев договор, который закреплял ее статус любовницы, она, возможно, пришла в ужас, к ней вернулись прежние сомнения, и Элеонора сбежала.
Впрочем, вряд ли она уехала бы, не сказав маркизу ни слова. Элеонора была прямодушной женщиной. Если бы договор возмутил ее, она открыто высказала бы Литу свое мнение.
