Я изначально предупреждал Рустама о таких последствиях, но он меня не слушал, а теперь ситуация выглядела, мягко сказать, очень неприглядной. Фото Василисы с Русом мелькали во всех каналах, группах социальных сетей, и уже даже в газетах. Мои люди мне сообщили обо всех ресурсах, и туда уже отправлены «щедрые чаевые». Телефон тем временем разрывался на миллион частей. Одновременно с этим продолжали сливать и меня. Что-то мне подсказывало, что сейчас деньгами я так просто не отделаюсь, да и я не сомневался в связи между двумя скандалами.
Как говорится, когда плохих событий много — они срабатывают в разы лучше. Накопительный эффект во всей красе.
Я принимал звонки только от Маши, которая волновалась сильно, если судить по количеству пропущенных:
—Саш, ты как? — расстроенный голос звучал надсадно как-то.
—Малыш, все хорошо, новости не читай, пожалуйста. Ничего хорошего там не будет. Я буду поздно, ты отдыхай, ладно? И еще…постарайся сейчас никуда не отлучаться. Журналюги будут пытаться залезть мне в трусы.
Она все понимала, и в этом было мое успокоение. На подобное принятие я, разумеется, не рассчитывал, но получив его с неба, понял всю прелесть обычного человеческого понимания. Я хотел верить, что закончится все лишь новостными заголовками о сыне, но уже под конец дня сомневался в этом, ведь обо мне тоже могут рассказать много. Тут хватает грязного бельишка. И хоть тут облегчение: Маша не такой человек, который будет верить всему тому, что говорят другие.
Она верила мне, а я ей. Мне большего не надо было.
В остальных вопросах я полагался на адвокатов, умело решающих все мои проблемы. Или на Кракена, решающего все радикально. Нет человека — нет проблемы.
И если с Рустамом и Васей все было лайтово, то надо мной висело еще и дело, тянущее на лет восемь за хищение в особо крупных. Разумеется, все сфабриковано, но поздно махать кулаками после драки, нужно решать все в данный момент и поступательно. На всех фронтах.
До сына не достучаться, он от меня просто в наглую трубку не берет, поэтому оставалась здравомыслящая Василиса. Пробив ее точное местонахождение, я прибыл в кафешку на отшибе города. Теперь я был готов познакомиться с любимой девушкой моего сына лично.
Василиса сидела и жевала сопли, уставившись в одну точку. Растерялась, расстроилась, ну еще бы. Совсем еще ребенок и очень далека от грязных игр политических оппонентов.
—Василиса, здравствуй.
