Паша лег сзади прямо в одежде и заключил меня в надежные объятия.
— Ты не должна больше бояться, — шепотом. — Со мной можешь не бояться.
И я заснула. Доверилась и расслабилась. Мне стало спокойно, ненадолго, но стало…
Глава 43
Полина
Я просыпалась тяжело. Чугунная голова, а тело словно стальными канатами опутано: к земле прибивало, взлететь не давало. Память навалилась как смертельная болезнь: я застонала, глаза зажмурила, чтобы яркие пятна заплясали перед внутренней темнотой. Чтобы хоть где-то чуть больше, чем суровая ночь.
— Дети! — меня выдернуло моментально. Страдать можно бесконечно, но не тогда, когда от тебя зависят другие. Мама. Свекровь.
— Проснулась?
Паша, одетый в джинсы и футболку, показался в дверях спальни. Взгляд цепкий и обеспокоенный.
— Мне нужно идти, — попыталась подняться, но поняла, что голая, а быть беззащитной перед мужчиной, даже другим, не тем самым, не хочу. Я снова уязвима. Я снова маленькая девочка, хотя и отстояла свою честь.
— Нужно, — Паша приподнял руки, показывая, что ничего плохого не замышляет, и двинулся к креслу.
— Поль, — очень осторожно ко мне: в руках пакет бутика нижнего белья при отеле и платье, — твои вещи испорчены. Я купил кое-что, на глаз.
Паша все сложил на другом конце кровати и вышел, оставив меня привести себя в порядок. Даже двустворчатые двери, разделявшие номер на гостиную и спальню, закрыл плотно. Я схватила вещи и побежала в ванную. Заперлась, да. Еще ранним утром летала, а сейчас никого видеть не могу. Никаких мужчин.
Быстро надела белый бюстгальтер и трусики в комплекте, максимально простые.
Ничего супер сексуального, кроме формы: когда хорошая фигура все смотрелось неплохо. Легкий летний сарафан-оверсайз тоже подошел.
Я ополоснула лицо и почистила зубы казенной щеткой. Осмотрела шею: вчерашние красные следы от пальцев сошли, синяков не осталось. Волосы кое-как причесала и вышла. Стояла перед дверьми в гостиную и держалась за ручку.
Полина, тебе не десять лет, ты сильная и смелая. Ты все сможешь. Папы больше нет, но его дух живет во мне.
Да, это мир мужчин, жесткий и неблагородный, но я много раз падала и каждый раз поднималась. И сейчас смогу.
— Сколько времени? — хрипло спросила, оглядывая сервированный к завтраку стол.
— Шесть вечера.
— Что?! — осмотрела задернутые шторы. Я ведь не просыпалась и тем не менее будь бы свет, то не проспала бы так долго! — Паша, меня ищут. Наверное, беспокоятся…
— Полина, успокойся. Утром звонила твоя мама. Прости, но я ответил.
