Я уеду туда недели на две-три…
— В таком случае отдай мне мой паспорт. Гэри чувствует себя хорошо, и может выдержать переезд в Англию. Я хочу немного пожить с сыном дома.
Мейбл встретилась глазами с Виктором и стойко выдержала его пристальный взгляд.
— Соскучилась по Джону?
— Понимай, как знаешь.
Виктор решительно отодвинул стул и поднялся.
— Предупреди, пожалуйста, Луару, что я не буду ужинать дома. — С этими словами он ушел, даже не взглянув на жену.
— Мам, почему ты плачешь? Тебе в глаза попала пыль? — Гэри на минутку оторвался от сундука, набитого скопившимися за долгие годы маскарадными костюмами, которые в семье Эггертонов шили или обновляли перед каждым Рождеством.
На голове малыша лихо сидела шляпа Наполеона, на плечах красовалась старая накидка с шелковой подкладкой, а на поясе висел пластмассовый меч.
Мейбл читала письма Виктора. Она до сих пор не оправилась от потрясения, которое испытала, обнаружив их. Это вышло благодаря чистой случайности. Лорна поклялась, что не помнит, куда сунула перехваченные ею послания.
Если бы Мейбл не привела сынишку на чердак, где хранились ее старые игрушки и сложенные аккуратными стопками картонные коробки с настольными играми, она еще долго не имела бы возможности прочесть письма. Они неожиданно упали на пол, когда Гэри снял с полки одну из коробок.
— Нет, это не из-за пыли, золотце. Мне стало грустно от того, что я сейчас читаю…
— А что это? Сказка?
— Не совсем… — ответила Мейбл. Хотя то, как Виктор выражал чувства, наполнившие его душу после всего случившегося в Оксфорде, действительно было похоже на сказку.
"
"Он беспокоился, все ли с ней в порядке. После интимной близости парень понял, что не сможет жить без Мейбл. Он написал об этом искренне и нежно, выразив надежду, что его чувства встретят отзыв. Еще Виктор просил прощения за слова, сказанные им после того, как он овладел Мейбл. Ему отчаянно хотелось увидеться с ней, поговорить, обсудить дальнейшие отношения…
«Веришь или нет, — писал он, — но я люблю тебя.
Это началось еще в те дни, когда вы с сестрой гостили у нас во время пасхальных каникул. Тогда ты казалась мне недостаточно взрослой для того, чтобы можно было открыть тебе чувства. Однако ночь в Оксфорде показала, что я слишком много времени потерял напрасно…»
Мейбл снова и снова перечитывала драгоценные строки, не замечая, что по щекам струятся слезы. Долгие годы она была тайно влюблена в Виктора, а он, оказывается, испытывал к ней те же чувства.
