Нам нужно продолжить разговор.
— А как же Лорна? — с ехидцей спросила Мейбл. — Ваш роман длится уже много лет, и я не хочу вам мешать. Именно это соображение заставляло меня скрывать правду о Гэри. И перестань утверждать, что тебя не интересует Лорна! Ты оскорбляешь меня, считая доверчивой дурочкой. Даже твой отец сообразил, что между вами что-то происходит…
— О господи, снова ты об этом… Я же сказал, что у нас нет никаких отношений, а сегодня она подвернула ногу, только и всего, — возразил Виктор, не скрывая злости.
Однако Мейбл уже понесло, и она не обратила внимания на его тон.
— Вот как? В таком случае Лорне незачем было прижиматься к тебе. И вообще… Привезти сюда Гэри ты почему-то попросил именно мою сестру.
— Ну и что в этом особенного?
— Брось, тебе просто нужно было повидаться с ней. И ты даже не поднялся вечером к сыну. Прогулка с Лорной по саду тебе интереснее.
— Господи, что ты себе вообразила? Чем, по-твоему, мы с ней занимались?
Мейбл окинула Виктора уничтожающим взглядом.
— Я вовсе не желаю этого знать!
— Мы просто беседовали! — гневно заметил он.
— Говори, что хочешь. Я все равно тебе не верю!
Корте горько вздохнул.
— Ты утверждаешь, что любишь Гэри, и в то же время не можешь понять, что мой сын нуждается в отце…
— Гэри мой сын!
— Он наш сын…
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, пока Мейбл не отвела взгляд в сторону.
— Да, ты прав. Гэри наш сын, — нехотя согласилась она.
Виктор удовлетворенно улыбнулся и приглашающим жестом указал на дом.
— Прошу!
Мейбл молча направилась к ступенькам террасы, кутаясь в куртку и чувствуя, что ей хочется расплакаться.
Ужин прошел в напряженной обстановке. Лорна, ногу которой успел осмотреть местный врач, тоже спустилась к столу. Перед этим она, конечно, немало потрудилась перед зеркалом. Волосы с крупными кудрями, были тщательно уложены, фиалкового оттенка глаза подведены темными тенями с блестками, а губы накрашены ярко-розовой помадой. В столовую она явилась в коротеньком черном платье с глубоким вырезом на груди.
"
"Мейбл по сравнению с сестрой выглядела очень скромно. Впрочем, она тоже постаралась придать себе побольше привлекательности. Вернувшись из сада в свою комнату и проверив, крепко ли спит сын, она приняла душ. Ей хотелось бы смыть с себя все, что могло бы напоминать о недавней вспышке страстей. Но занятие это, увы, бесполезное. Разве зальешь даже самой холодной водой накал чувств! Можно лишь слегка приглушить его.
