– Помогала другу, – моргаю я, не понимая, что его нервирует. – Он из органов.
– Виктор не просто из органов, – заявляет Лео. – Он из органов, которые следят за моей семьей.
Я сглатываю.
– На что ты намекаешь?
– Ты прекрасно поняла.
– Подожди… ты поэтому затащил меня в машину?
Шакал хмуро молчит, и я покрываюсь холодным потом, громко вскрикиваю:
– Останови машину!
– Я не отпущу тебя, Эми, – говорит он. – Пока не выясню то, что меня интересует.
– Выпусти сейчас же!
Мы останавливаемся на перекрестке, и я тянусь к дверной ручке, чтобы выскочить на улицу, но Лео вмиг дергает меня к себе, прижимает за шею к груди и держит, пока мы снова не набираем скорость.
Я до того поражена, что беспомощно лежу на его груди, слушая быстрые удары сердца. Лицо горит огнем. Пальто расстегнуто, и щекой я чувствую твердые мускулы под рубашкой. Одна ладонь упирается в бедро Лео, а другая в рельефный пресс – и невольно опускается чуть ниже, будь она проклята.
Лео вздрагивает.
– Хватит кричать, ты меня от дороги отвлекаешь, – говорит он мне на ухо, и я улавливаю этот проклятый запах кофе, резко отпрыгиваю обратно на пассажирское сиденье, жмусь к двери.
Адвокат равнодушно продолжает: – Сначала я хочу услышать, кто ты. Может, тоже следишь за мной? Откуда мне знать? Ты и в клинику приехала с Виктором.
– Полгода назад ты исчез, и я места себе не находила, не знала, что думать, а потом Виктор нашел тебя и решил организовать нам встречу.
– Неубедительно.
– Я не шпион!
– А кто?
– Сказала уже! – рявкаю я.
– Мы дружили. Ты меня спас. Так и познакомились. Затем… ладно, хорошо, затем я встретила Виктора, и он хотел, чтобы я… шпионила. Доволен? Но он искал не тебя. Ему нужна была Ева. И я не согласилась! Просто так совпало, что мы подружились и с тобой, и с Виктором.
– Ты прямо друг года, – загадочно улыбается Лео.
– В любом случае все в прошлом. Я не шпионю за тобой. Я вообще не хочу тебя видеть! После того как ты исчез, бросил меня, я не желаю иметь с тобой ничего общего.
– Бросил?
Я прикусываю язык.
– Да, друзья так не делают. Я переживала за тебя, ясно?
– Возвращаюсь к вопросу в клинике… – Лео понижает голос, и у меня мурашки бегут по спине: – Эми, у нас с тобой что-то было?
Его взгляд задерживается на моих губах. Лишь на секунду.
– Да что ты заладил? – заикаюсь я. – Нет.
– Хорошо.
– Хорошо? – давлюсь я воздухом.
– Угу, – усмехается он. – Ты не в моем вкусе.
Господи, я даже не знаю: смеяться или плакать.
– Чудесно.
