– Как же ты ее получила?
– В колонии выдали, а как они на почте отправления забирают, понятия не имею, – обескураженно сказала Лика.
Но я решила так просто не сдаваться, утопающий хватается за соломинку, а мне предстояло уцепиться за паутинку.
– Номер отделения связи помнишь?
– Какого?
– Откуда отправили ящик. Ты на упаковку смотрела?
– Да.
– Там должен был стоять штемпель и обратный адрес.
– Адрес видела.
– Помнишь его?
– Ага.
– Говори.
– Ну… индекс забыла.
– Плевать, давай без него.
– Московская область, почтовое отделение Рогозино, коттеджный поселок Ложкино, участок 107, Дарье Васильевой, – выпалила Лика.
Вся кровь бросилась мне в голову.
– А штемпель? На нем что стояло?
– Мне и в голову не пришло его разглядывать, – резонно сказала Лика.
Я постаралась не расплакаться. Все, полный аут.
Глава 31
На улице шел дождь. Я вдохнула полной грудью свежий воздух и поплелась к одиноко стоящему на парковке «Пежо». Настроение было гаже некуда. Пытаясь справиться со слезами, я влезла в машину и не удержалась.
По щекам потекли соленые капли, из груди вырвались всхлипывания. Я дура, идиотка, неспособная помочь Лике. Сейчас ей добавят срок, и она вообще никогда не выйдет на волю.
В окно постучали. Я открыла дверцу и увидела тетку с тетрадкой.
– Чего ревешь? – спросила она.
Я хотела было ответить: «Отстань», – но только сильнее заплакала."
"– Ну-ну, – баба начала гладить меня по голове, – успокойся, все хорошо будет.
Она влезла в машину и сунула мне сигаретку.
– Ну-ка покури, перемелется, и мука будет.
– Нет, – качала я головой, окончательно проваливаясь в истерику, – все плохо, все очень плохо.
И тут, как всегда, в самый неподходящий момент ожил мобильный.
– Трубку-то возьми, – сказала тетка.
Я шмыгнула носом и прошептала:
– Ответь за меня.
– Алло, – затараторила баба, – не, не Даша, знакомая ее. Не, не может, плачет она! Где, где, у СИЗО женского! Прям слезами изошлась!
– Кто звонил? – сквозь рыдания спросила я.
– Мужик какой-то, – ответила тетка, – на, водички попей.
Да не убивайся так, обойдется.
Она еще пару минут посидела возле меня, потом ушла. Я попыталась привести нервы в порядок. Хороших людей на свете больше, чем плохих. Не верите? Попробуйте зарыдать на улице – и убедитесь в этом. Эх, жаль, что у меня нет с собой «Ново-пассита», что-то никак не могу успокоиться.
Внезапно дверь со стороны пассажирского места распахнулась, и на сиденье с кряхтеньем втиснулся Дегтярев.
– Чего случилось? – отдуваясь, спросил он.
