Я понимаю, что у Царева какой-то пунктик, и он не хочет, чтобы в мужские разборки лезла женщина, но тут… тут у нас без вариантов.
Единственное спасение – это сейф мужа и информация, которую он хранит, а Станиславский…
Он показал мне, каким монстром может быть, способным заточить мать своих детей в психушку и отнять моих малышей… довести отца до инфаркта… я все эти годы жила с чудовищем, была слепа… но измена Станиславского стала тем триггером, который открыл глаза на все…
– А она мне нравится, – нагло заявляет Кристовский и подмигивает мне.
Знойный брюнет играет на нервах у друга, и тем самым немного разряжает напряженную атмосферу.
– У нас все готово, босс, – опять подает голос глава безопасности Царева, – сейчас Станиславский находится…
Короткий взгляд на меня, и безопасник Царева немного тушуется, но затем с каменным лицом поясняет:
– В квартире у своей секретарши.
То есть любовниц у Пети много, интересно, сколькие из них беременны…
– Сейчас оптимальное время для выполнения операции, – опять отчитывается и отходит, а я встаю, подхожу к Вадиму и заглядываю ему в глаза.
Среди его сотрудников особо не поговоришь, да и система на мне отчетливо пишет звук, поэтому мы общаемся только глазами.
– Мои ребята будут в фургоне. Мы поедем за вами.
Опять поясняет Сергей Витальевич, затем я беру за руку Вадима, и мы молча выходим. Направляемся к седану, на котором и приехали в эту квартиру.
Вся дорога проходит в полном молчании. Вадим сконцентрирован на дороге, но я вижу, как побелели его пальцы, сжимающие руль.
Проходим пункт охраны с легкостью, я пультом открываю шлагбаум. Особняк Станиславского уже маячит впереди.
– Должен быть другой вариант, – твердый голос Вадима рушит тишину салона, когда машина останавливается.
– Его нет, Вадим. Мы знаем. Только один шанс. Иначе мой муж развяжет войну против моей семьи, и даже ты меня не спасешь. Я не хочу жить в страхе, не хочу, чтобы кто-то мог отнять у меня моих детей, а у родителей дом.
– Я… не хочу, чтобы ты в это ввязывалась, – твердо отвечает Царев.
– Станиславский хочет убрать тебя с дороги и вновь посадить в тюрьму…
Выдыхаю и бросаю осторожный взгляд на Царева. Я понимаю, что он не отступится от своего тендера, а значит, и Петр будет пытаться убрать Вадима с дороги. Замкнутый круг получается, и решение я знаю, а значит, я должна сделать то, что должна…
– Я должна пойти, – проговариваю тихо и кладу ладонь на руку Царева, чтобы он меня послушал. Вадим поворачивается в мою сторону.
