Любовью...
А если Федя уже не любит меня, но терпит рядом с собой из-за малыша?
Плохие мысли. Нехорошие. Я гоню их прочь от себя, но легче мне не становится.
И как жирная точка в моих опасениях становится голос Феди.
– Собирайся, родная. Нам нужно в город.
Я вздрагиваю всем телом. Из моих обессилевших пальцев прямо на пол падает кружка с чаем, которую я собираюсь поставить на стол. Торопливо собираю осколки, пока Федя заходит с улицы, смахивает с плеч снежинки. Он только-только расчищает дорожку от гаража до ворот.
Значит, действительно уезжаем.
Немой вопрос повисает в воздухе. Зачем нам в город? Продукты привозят еще вчера. Ничего, кажется, не нужно. Но мы зачем-то едем.
Нет! Я никуда не хочу! Мне нравится тишина и уединение нашего дома, нравится отсутствие шума и незнакомых людей.
Я отрицательно качаю головой, молча смотрю на Федю.
– Едем после завтрака, – угрюмо припечатывает он, а во мне что-то сжимается до боли, до дрожи, до спазмов."
"Да, выходит, это конец.
Ковыряю вилкой в своей тарелке, пока Федя с кем-то беседует по телефону.
Отвлекаюсь настолько, что не сразу слышу вопрос, адресованный мне:
– Наелась? Одевайся, я уберу со стола.
Отворачиваюсь и бреду в нашу спальню. Почему-то мне кажется, что эта поездка изменит многое в моей жизни. Все станет другим. Возможно, я больше не вернусь сюда. Потому что за эти недели меняюсь не только я, но и мой любимый. И дело не только в том, что мы ни разу не занимаемся любовью с того злополучного дня. А в том, что Федя отдаляется от меня.
Когда я выхожу из спальни, одетая в теплые брюки и свитер, меня встречает Федя с меховой шубой в руках. Я уже не в первый раз вижу эту вещь, у меня не возникает желания ее примерять.
Однако послушно всовываю руки в рукава. Федя разворачивает меня к большому зеркалу от потолка до пола. Заставляет взглянуть.
Я не смотрю на свое отражение. Ловлю взгляд Феди, застывшего за моей спиной.
– По-моему, великовата, нет?
Я отрицательно качаю головой. Нет, шуба сидит идеально. И я даже боюсь подумать, сколько стоит эта красота.
Робко улыбаюсь. Федя целует меня в кончик носа, когда осторожно надевает на мою голову мягкую и очень теплую шапку. Тоже новую. Но я не смотрю на мои обновки, я не свожу глаз с лица моего мужчины.
Хочу спросить, зачем нам уезжать. Но не могу. Потому послушно выхожу из дома.
В последний момент вспоминаю, что Палкана тогда нужно покормить. Пытаюсь выпутать свою руку из Фединой теплой ладони.
– Не волнуйся, мама его накормит.
