Белый придерживает девочку за талию, приобнимает, пока они идут через длинный коридор.
– Федор, я и сама могу. Наверняка, тут даже не перелом, – бормочет Надия.
Федя поджимает губы. Тянет орать матом и курить. Хочется вломить кулаком в стену, чтобы больно было ему, а не ей.
Он, что. Он стерпит. И не такое терпел. А ей больно. Он видит это по глазам. По тому, как осторожно она придерживает ладонь здоровой рукой. Как морщится и украдкой вздыхает.
– Результат отправлю доктору. Можете возвращаться в кабинет, – дежурным тоном оповестила рентгенолог.
Федя прищуривается. Не нравится ему, что их мотают по всему зданию.
– Такой у нас порядок, – будто почуяв опасность, извиняющимся тоном говорит врач.
Федя качает головой. Чувствует, как в центр грудиной клетки ложится хрупкая ладошка.
И все внимание – на нее. И тепло под рубашкой. Не просто тепло, а горит.
– Все в порядке, если так нужно, – робко улыбается Надия.
Белый с трудом соображает. Его сносит с ног эта робкая улыбка. Крохотные ямочки на бледных щеках.
Он перехватывает ее ладошку. Ведет обратно в кабинет врача. Как-то внезапно собирается народ. Кто-то пытается возмутиться, мол, куда, вне очереди, но затыкается под злобным взглядом Белого.
Сейчас он в таком состоянии, когда спичкой чиркни – взорвется. Сам понимает, что на взводе.
Чувствует, как девочка тянет его за рукав. Послушно идет за ней. Да хоть в ад. Плевать.
– Поздравляю, у вас перелом пястной кости, – говорит доктор, рассматривая снимок на экране.
– Охуел с такими поздравлениями! – рычит Белый, моментально встав в стойку.
– Федя, пожалуйста, не надо! – качает головой девочка.
Взглядом выдирает из его нутра все самое светлое и темное одновременно. Белому хочется втащить травматологу с ноги. Но он не двигается. Смотрит в карие глаза.
– Лечи, – кивает он, намеренно садится так, что полы пиджака разъезжаются, и «ствол» четко виден из кобуры.
Федя видит, как медсестра тянется к телефону.
Белый лениво вынимает корочки.
Да. Есть и такие. Как-никак, а в охране самого губера.
Медсестра кивает.
Спустя пятнадцать минут, на руке у Надии гипс, закрывающий три пальца. У Феди в кармане рецепт на обезболивающие и подробно описанный диагноз вместе со снимком.
Одну таблетку Надие выдают прямо в кабинете. По настоянию Белого.
Уже в машине Федор слегка «тормозит». Девочка притихла, сидит, смотрит прямо перед собой. Закутанная в гипс ладошка – на ее коленях.
– Я не хочу домой.
