— Инфаркт в таком возрасте — не шутки, но организм крепкий, однако мы еще проведем коронарографию, чтобы определить, насколько поражены сосуды.
— Деньги — не проблема, так что делайте всё, что нужно.
Оплатив матери платную палату, я сажусь в коридоре, пока идет тщательное обследование.
Прикрыв глаза, я пытаюсь привести себя в норму, а затем чувствую на себе чужой взгляд. А когда вижу, кто это, встаю, не желая сидеть.
— Что ты тут делаешь? Мы вроде всё обсудили.
Мне не нравится присутствие Дмитрия, и я бычусь, всем видом показывая ему, что тут ему не рады.
— Я привез Сеню в больницу, когда ей плохо стало. Не уйду, пока не пойму, что с ней всё в порядке.
— У нее инфаркт, что тут может быть в порядке?
Я хмыкаю и прищуриваюсь, с подозрением глядя на Дмитрия.
— Так из-за тебя у нее сердце прихватило? Я же сказал тебе, чтобы ты исчез из нашей жизни и к матери моей, тем более, не лез. Не нужно ей голову морочить.
— Она сама ко мне приехала. Устроила скандал моей жене и требовала, чтобы та ушла из дома.
Она сама довела себя до такого состояния. Я ей никаких надежд не давал.
— Серьезно? А у меня другое мнение. В любом случае, проваливай, пока я сам тебя с лестницы не спустил.
Я бы ему давно морду набил, но и сам знаю, что мама построила себе розовых замков и верит в то, что Дмитрий ее любит. Я был свидетелем их последнего разговора, когда он сказал ей, что между ними ничего быть не может. Все-таки сам настоял на этом. Вот только, видимо, не учел, что мама слишком настойчива и хочет добиться своей цели.
— У меня главврач тут — мой одноклассник. За ней будет надлежащий присмотр…
Кажется, Дмитрий хотел добавить “сын”, но в последний момент осекся, понимая, что в ответ на такое получит лишь грубость.
Я же ничего по отношению к нему не чувствовал. Хоть и знал, что он когда-то обрюхатил мать, а никаких эмоций этот факт у меня не вызывал, как бы она не хотела, чтобы я с ним сблизился.
— Я не хотел, чтобы так вышло, Гордей. По молодости глуп был и соврал ей, что вот-вот разведусь, не хотел, чтобы Есения скандалить пришла ко мне домой.
Я тогда на сестре своей жены женат был, а она умирала, такие стрессы ей были ни к чему.
Слушать всё это по второму кругу, но уже от Дмитрия, мне не очень-то и хотелось, но судя по взгляду Дмитрия, настроен на разговор он был решительно.
— Как жена моя умерла, я потом уехал. Адреса матери твоей не оставил, поэтому и не знал, что отяжелела она тобой.
