— Юноша спокойно расстегнул рубаху, обнажая татуировку на груди, которая сразу нагрелась, и от нее рванула такая магия, что Илаха отшатнулась. — И, пока он жив, не видать тебе престола как своих ушей.
— Это — пока он жив, — опять начала наливаться кровью шемаханская царица.
— Драка будет знатная, — мечтательно сказал Виталик. — Даже если победишь, одни руины и развалины достанутся. А если я сумею верх взять, соберу войско и пройдусь по твоей Шемахе! Ох, не завидую я твоим подданным. Без поддержки своей богини несладко им придется.
Глаза Илахи полезли на лоб. Этот пацан сумел учуять в ней богиню…
— Что, удивляешься, как я сумел пробиться сквозь защитные чары и почуять твою божественную суть? — усмехнулся юноша. — Не ломай свои куриные мозги понапрасну. Они тебе еще пригодятся, чтобы обдумать мое предложение."
"— Что за предложение? — Илаха была до предела напряжена в ожидании какого-то подвоха.
— Предлагаю утрясти вопрос мирно и почти бескровно. Так, чтоб не пострадали ни в чем не повинные люди. Тебе ведь новые подданные нужны живыми и здоровыми, не так ли?
— Ну положим так, — кивнула шемаханская царица.
— Тогда мы с тобой играем всего-навсего одну игру, в которой и решаем судьбу этого государства и всех его богатств, — кивнул на расписки Гордона юноша.
Илаха рассмеялась, опускаясь обратно в кресло.
— Ну мне-то, что поставить, есть, — погладила она рукой расписки, — а что поставишь ты?
— То, что мешает тебе всем этим завладеть, — спокойно ответил сплетник, — свою жизнь.
— Виталик! Не смей!!! — заорала Янка.
— Не вмешивайся! — приказал ей сплетник.
— Да я эту лахудру…
Кощей успел перехватить Янку, пока она не вцепилась в пышную шевелюру шемаханской царицы, и усадил ее обратно в кресло.
— И ты, если проиграешь, добровольно отдашь свою жизнь? — недоверчиво спросила Илаха.
— Даже пальцем не пошевелю, чтобы защититься.
— Джибес, раздавай! — приказала шемаханская царица.
— Э нет! — остановил ее Виталик. — Играем мы. Ты и раздавай.
— Как скажешь. — Илаха выхватила колоду из рук Джибеса и начала ее яростно тасовать.
— Умница, старательная девочка, — одобрил ее действия царский сплетник, выкладывая пистоли перед собой на стол.
— Это еще что такое? — замерла Илаха.
— Это пистолеты, — любезно пояснил юноша. — Замечательное средство против шулеров. Как только на этом деле попался, сразу пуля в лоб. Я их, кстати, на всякий случай в церкви освятил. На Кощея они, правда, не действуют, лично проверял, а вот на тебя — пока не знаю.
