Но у детей жилье есть, работа. Странно, что Андрей, выйдя на волю, не приехал к тебе.
– И как бы он меня нашел? – спросил супруг. – Мы с тобой следы замели, в область переселились. Не в мою деревню отправились. Я внешность изменил, поправился, бороду отпустил, очки надел. Простые меры, а действуют безотказно. Ты фамилию поменяла, стала Банкиной. Вспомни, какое время было? Лихие девяностые, никакого порядка нигде нет. В Подмосковье мы были не прописаны, дом снимали. Как нас найти? Не расскажи Берестов, гаденыш, про тебя, никогда б Андрей нас не нашел.
Мало ему того, что миллиардами ворочает, решил еще тебе отомстить. Урод.
Послышалась музыка.
– Ой, это из больницы, – испугалась Полина, – нет, нет, не хочу! Не желаю ничего слышать! Не бери трубку.
– Алло, – сказал муж, – нет, это Анатолий Петрович, хорошо. Едем. Странные, однако, люди. Слышит же, что трубку взял мужик, а говорит: «Полина Владимировна, приезжайте!»
– Боже, нет, нет, – заплакала Банкина.
– Поля…
– Молчи!
– Соня открыла глаза.
– Господи! Скорей в клинику! – закричала хозяйка особняка.
Раздался звук шагов, хлопок двери, и наступила тишина.
Эпилог
На следующий день мы сидели в нашем офисе.
– Софья пришла в себя, – сказал Дегтярев.
– Прекрасная новость, – пробормотала я, – девушка ни в чем не виновата. Сейчас, когда я знаю, что Банкин – это Николай Фокин, удивляюсь, где были мои глаза. Николая за его манеру общения, привычку вздергивать подбородок, презрительно щуриться прозвали Царевичем. Алина же сказала мне: «Фокин – Царевич с плохим резюме».
Ну почему я, глядя на гордо вздернутый подбородок Банкина, не поняла, кто он? Не сообразила, что вижу того самого Царевича с плохим резюме.
– Ой, прекрати, – махнул рукой Кузя.
– И что, Полина с мужем останутся безнаказанными? – не утихала я. – На их совести взрыв в жилом доме. Там были погибшие. А Гриша Колосов! Где его похоронили? Тетя, которая парню мать заменила, обыскалась его.
– Вот почему Банкины так хорошо жили, – присоединился ко мне Сеня, – они украли деньги Крохиных, Николай получил все накопления Борзова, все его нычки с золотыми червонцами.
– Я с вами согласен, – мрачно произнес Дегтярев, – но мы ничего поделать не можем. Точка. Конец истории.
– А-а-а, – донеслось со двора, – помогите, спасите, убивают!
Мы вскочили, выбежали в чем были во двор и увидели замечательную картину. По дорожке, которая вела от особняка к воротам, бежал Игорь. За ним со скалкой неслась Марина.
– Стой! – кричала она. – Поговорить надо.
