Сжимая пальцами виски, он морщился так, будто у него раскалывалась голова, — больше так не делай. Никогда!
Песчаный кхассер хмуро посмотрел на него, потом перевел взгляд на Мелену, хрипящую на каменном полу, и уже не с нескрываемым изумлением, снова уставился на Маэса.
— Как…
— Не спрашивай.
* * *Маэс поднял Мелену за шкирку и небрежно встряхнул, словно та была не человеком, а бездомным котенком. Она даже не сопротивлялась. Не было ни сил, ни возможностей — тело словно вареное, перед глазами темно, а во рту противный привкус крови.
Она безвольно висела в его руках, все еще содрогаясь от отголосков боли, и думала о том, что ее сейчас вывернет наизнанку.
— Где Доминика?
— Она была со своим пятнистым на первом этаже.
Маэс жестом подозвал к себе воина, стоявшего на приличном расстоянии от них. Тот мигом подбежал и, склонив голову в знак преданности, выпалил:
— С возвращением!
— Эту, — кивнул на обессиленную, все еще дрейфующую во мгле Мелену, — оттащи к Доминике. Мне нужно, чтобы она вылечила ее.
Пусть ее переоденут во что-нибудь чистое, потом приведешь обратно. Будет орать — кляп в рот. Если потребуется — свяжи. Глаз с нее не спускать, понял?
— Да, мой император, — подхватив Мелену под локоть, воин потащил ее прочь. Но спустя пару мгновений стало ясно, что идти она пока не в состоянии. Ноги заплетались, и стоило только чуть ослабить хватку, как норовила осесть на пол.
Тогда андракиец небрежно закинул ее к себе на плечо и быстрым шагом отправился исполнять приказ своего императора.
Удобство пленницы его волновало мало.
— Не слишком ли много чести для такой как она? — голос Хасса был сухим, словно выжженные степи Андракиса. Он провожал взглядом ту, что держала его в плену прошлым летом, и испытывал дикое искушение завершить начатое. Добить гадину, — Может, забыл, как она обрекла на гибель тех, кто живет в Долине Изгнанников? Забыл то, насколько жестокой она может быть?
— У нее распорота спина, — с откровенной досадой сказал Маэс, — и я дурею от запаха ее крови.
Не знал, что это так работает. Все, чего мне хочется — это обнюхивать ее и рычать на каждого, кто посмеет приблизиться.
— Как ты мог это допустить? Надо было держаться от нее подальше, или разорвать сразу как почувствовал тягу.
Маэс отстраненно улыбнулся:
— Я наоборот сделал все, чтобы оказаться ближе к ней.
— Зачем? — Хасс все никак не мог понять. У него в голове не укладывалось, как так вышло, что главная сука Милрадии оказалась связана с Тхе’Маэсом.
