Просто сидела, не двигаясь и не произнося ни звука. Спустя некоторое время вперед выкатился зеленый мяч, и в открывшимся просвете появилась настороженная мордочка маленькой рыси. Мел не шевельнулась. Лишь горьким взглядом следила за тем, как племянница выбирается из своего укрытия и, осторожно припадая на передние лапы, крадется к ней.
— Узнала?
Тихое ворчание в ответ.
— Узнала…
Эсса остановилась напротив нее и внимательно смотрела, словно в душу заглядывала своими янтарными глазами. Не детский взгляд.
Совсем.
Горло снова запершило. С трудом проглотив сухой ком, Мелена просипела:
— Прости меня.
Маленькая рысь фыркнула, не понимая, о чем речь, но когда Мелена протянула открытую ладонь, тут же отскочила в сторону и зашипела.
— Можешь укусить. Я не обижусь.
Эсса вытянула шею и прихватила зубами за основание большого пальца. Сильно, но не прокусывая до крови, неотрывно наблюдая за реакцией.
— Вкусно? — усмехнулась Мел, — на твоем месте, я бы не стала пробовать. Я меня мясо жесткое.
Рысь разжала зубы и снова села напротив.
— А ты похорошела с прошлого раза.
Надо признать, заботились об Эссе хорошо. Питание, помощь лекарей и уход сотворили настоящее чудо. Из тощего полуоблезшего котенка, она превратилась в крепенького зверя с лоснящейся шкуркой. Даже кисточки на ушах стали длиннее и забавно шевелились, когда она двигала ушами, а крылья перестали быть похожими на грязные мятые тряпки.
— Покажешь, что у тебя тут? — Мел специально прошлась по комнате, чтобы проверить, пойдет ли мелкая за ней.
Пошла.
И по лестнице наверх поднялась, и в узкое окно, из которого открывался прекрасный вид на подступающие к городу сизые заснеженные леса, выглянула.
— Красиво, да?
Эсса широко зевнула, демонстрируя белоснежные, острые, как иглы зубы.
— Хочешь есть?
В этот раз ответное ворчание было довольным.
Весь вечер Мелена вела себя так, будто находилась на прогулке, а маленькая рысь хвостом ходила за ней. И если сначала ее поведение было настороженным, то позже она уже не скрывала своего интереса.
Ластилась к Мелене, залезала на руки, терлась жесткими щеками и предлагала поиграть, а потом и вовсе заснула у нее под боком.
Мелена наоборот не спала долго. Все никак не могла успокоиться. Не помогали даже мысли о том, что теперь ей известно, как снять невольничий ошейник и сбежать. Это казалось таким пустым, неважным.
Просто лежала в кромешной тьме, позволяя горечи окутывать с ног до головы. Вспоминала.
