– Роб, может, вместе поедем? Ты выглядишь, как… Уж прости, брат… Ты…
– Как сумасшедший, да? – вздыхаю я.
– Да. Тебе опасно садится за руль. Идем?
Ник ступает первым, следом иду я. Отворачиваюсь на секунду, чтобы запереть кабинет, но завершить действие не дает администратор ресторана – Нелли Игоревна. Она хватает меня за рукав и шепчет громким шепотом:
– Роберт Николаевич, там проверка. Что делать? Мы не готовились.
– Какая еще проверка? – хмурюсь, обводя зал пристальным взглядом.
– Перед конкурсом все рестораны-участники проверяются.
Таков порядок, а вы не знали?
– Почему они не предупредили о визите? Кухня, она… В ней наверняка грязно. Ребята готовят для вечернего банкета и…
– Они уже здесь, – приближает лицо Нелли.
– Роб, какие-то проблемы? – мнется Никита, возвращаясь к дверям моего кабинета.
– Приехал инспектор из пожарки, а через час ждем санэпиднадзор, – вместо меня отвечает Нелли.
– Мне срочно нужно ехать, – почти рычу я.
– Роберт, погоди. Может, оно к лучшему? – ладони Никиты смыкаются на моих плечах.
– Ты успокоишься, придешь в себя, Зоя остынет. В таком состоянии и настроении лучше не ехать.
– Ты прав, Ник. Я не удивлюсь, если окажется, что мой ресторан не пройдет проверку. И все окажется блефом… Все перестанет что-либо значить… Брак из-за немецкой фамилии, вся эта липовая… ненастоящая жизнь, имитация семьи. Все ради конкурса… Я ведь так и сказал ей, мол помогу тебе выбраться из тюрьмы взамен немецкой фамилии. Ты мне, я тебе, – мое лицо искажается отвращением.
– Я познакомил ее с Либерманом, а Зоя подарила мне фамилию. Я теперь Роберт Шнайдер, Ник. Ты знал? Зойка даже придумала легенду, которую я расскажу Рихарду… Оказывается, я из древней немецкой семьи. Мой отец был потомственным сыроваром, а мама пекла немецкие крендели. И я…
– Роб… – сдавленно произносит Никита, косясь куда-то в сторону.
Раскрываю губы, чтобы продолжить откровения, и замираю, наткнувшись на гневный взгляд Рихарда.
– А что делал твой дедушка? – сухо произносит он.
Его акцент заметно усиливается, очевидно, на фоне волнения.
– Рихард, я сейчас все вам объясню, я…
– Что он делал? Наверное, держал трактир в каком-нибудь маленьком переулке с дорожками из старинной плитки? Там подавали колбаски из индейки, говядины, свинины, а пиво, оно…
– Прошу вас, выслушайте меня, – взмаливаюсь, подойдя ближе.
– Завтра же снимай свою лживую подлую кандидатуру, Роберт! – цедит он сквозь зубы.
