Когда пальцы прикасаются к металлу, он падает на пол.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Рухнув на четвереньки, я ищу его вокруг себя, но нигде не могу его найти. Я ползу к окну и открываю жалюзи, надеясь хотя бы на толику лунного света, но снаружи так же темно, как внутри.
Я стою, дрожа от страха и холода. То, что ни один фонарь не работает, может значить только одно, осознаю я, и эта вещь намного, намного хуже, чем моя боязнь темноты.
Отключилось электричество.
Может, это только одна часть станции, молюсь я, снова падая на пол и шаря руками в поисках фонарика.
Где он? Собираясь с силами, я просовываю пальцы под койку, все еще терзаясь детским страхом перед тем, что может скрываться под ней.
Ничего, Кейт, бормочу я вслух. Повзрослей.
Наконец-то кончики пальцев прикасаются к гладкой поверхности фонарика, прямо у дальней стены. Я просовываю руку так глубоко, как могу, и умудряюсь притянуть его к себе, молясь, что он не сломался при падении.
Трясущимися руками я включаю его, чувствуя себя на грани обморока от облегчения, когда свет озаряет комнату.
Накинув халат, я выбираюсь в коридор. Секунду спустя я с кем-то сталкиваюсь. Невольно взвизгиваю от испуга и направляю фонарик вверх, замечая мертвенно бледное лицо, глядящее на меня сверху.
– Кейт. – Дрю хватает меня за руку. – Я как раз шел убедиться, что ты в порядке.
– Господи, ты меня напугал, – шокированно выдыхаю я. – Какого хрена происходит?
– Отключилось электричество, – говорит голос позади нас. Это Люк, в сопровождении Элис, его лицо бледное от страха.
– Отключилось электричество? – повторяю я. – Это из-за генератора?
– Арк и Арне пошли выяснять, – говорит Дрю.
– Как давно оно отключилось?
– Около двадцати минут назад, – отвечает Люк.
– Где Сандрин?
– Мы только что ходили ее искать, – говорит Элис, напряженным от тревоги голосом. – Она не у себя в спальне."
"– Дайте я оденусь. – Я возвращаюсь в комнату и начинаю одеваться, но волна головокружения заставляет меня остановиться. О боже. Что бы я сейчас не отдала за пару таблеток «Гидрокодона».
И немного «Валиума» в придачу.
Я отгоняю эту мысль и натягиваю легинсы, ища по комнате пару носков. Я почти закончила, когда Элис врывается в комнату, ее миловидное лицо перекошено. Потом я замечаю, что она дрожит. Она открывает рот, но ничего не выходит.
– В чем дело? – Паника взвинчивается снова. – Элис, что происходит?
Элис качает головой, будто она не может произнести это вслух.
– Пойдем, – наконец хрипло говорит она, выходя за дверь.
