Простыни тут же откликнулись шуршанием.
— Мне понравилось согревать тебя. — Хриплый голос показался незнакомым. — Чувствовать твое тело.
Волчий голод ударил в желудок.
Рэт затаил дыхание, надеясь, что все пройдет, но грызущая боль становилась сильнее.
Проклятье, эта ужасная тяга касалась не только секса. Он жаждал крови.
Ее крови.
Он быстро встал и отошел в сторону. Пора убираться отсюда. Развеяться на воздухе. Ввязаться в драку. Пришить кого-нибудь.
И обязательно заправиться.
— Бэт, мне срочно нужно отлучиться.
Но ты оставайся здесь.
— Не уходи.
— Я должен.
— Почему?
Вампир приоткрыл рот, — резцы пульсировали, стремительно вырастая."
"Но наружу рвались не только клыки. Эрекция, стиснутая тугими штанами, причиняла настоящую боль. Два отчаянных желания рвали его на две части. Жажда секса и крови.
Ее крови.
— Теперь ты убегаешь от меня? — прошептала она.
Невинный вопрос, без малейшей примеси ехидства.
— Осторожнее, Бэт.
— Почему?
— Иначе я взорвусь прямо сейчас.
Она вскочила с кровати и подошла к нему вплотную.
Одну руку положила на грудь, у самого сердца. Другой — обхватила за пояс.
Почувствовав тепло ее тела, Рэт зашипел.
Сексуальное желание вытеснило другой голод.
— Попробуй только мне отказать, — заявила она.
— Не хочу злоупотреблять, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — С тебя на сегодня достаточно.
Она впилась ногтями в его плечо.
— Достаточно? Напугал меня, разозлил, а теперь — в кусты? Ну уж нет! Я хочу заниматься с тобой любовью. До тех пор, пока не перестану чувствовать, пока не онемею.
Если тут кто и злоупотребляет, так это я! — Она опустила глаза. Господи, что я несу?
Черт возьми. Он был совсем не прочь, чтобы им этак злоупотребили.
Рэт приподнял ее подбородок указательным пальцем. Несмотря на то что волшебный аромат поведал ему о желаниях ее тела, он хотел увидеть это на лице.
— Не уходи, — шептала она.
Он и рад бы остаться, но его жажда крови могла стоить ей жизни. Превращение потребует много сил. А его дикий голод мог бы опустошить ее до дна.
Рука скользнула с его груди вниз.
Рэт дернулся, как от удара, и захлебнулся воздухом. В комнате повисла тишина, прерываемая его судорожными вздохами.
— Ты хочешь меня, — наконец проговорила Бэт. — А я — тебя.
Она погладила его ладонью. Ласка болезненно отдалась в тесноте брюк.
Только секс. Он справится. Другую страсть как-нибудь придержит.
И — поставит на кон ее жизнь?
— Только не говори «нет».
Бэт поднялась на цыпочки и нашла губами его губы. Игра окончена.
