Мысль о том, что Бэт будет спать в его постели, согревала сердце.
Бэт пошла в ванную, чтобы смыть горячей водой тяжелые мысли. Выйдя из-под душа, она взяла полотенце и заметила на крючке халат. Недолго думая, натянула его на себя.
Уткнувшись носом в черный отворот, Бэт прикрыла глаза. Запах был таким знакомым: сочетание мыла, лосьона после бритья — и…
Мужчины-вампира.
Боже мой! Неужели все это происходит на самом деле?
Бэт вернулась в спальню. Шкаф был не заперт, и ей захотелось заглянуть внутрь. Обнаружив склад оружия, она замерла от ужаса и посмотрела в сторону двери.
Мысль о побеге показалась очень даже заманчивой. Но как бы ни хотелось ей улизнуть, Бэт понимала, что остаться будет куда безопаснее.
К тому же и спальня отца притягивала ее как магнит.
Она надеялась, что не слишком испугается того, что там скрывается. Бог свидетель, Рэт обрушил уже достаточно открытий на ее голову.
Выйдя в холл, она потуже стянула полы халата. В мерцающем свете газовых ламп стены казались живыми. Бэт набралась храбрости, подошла к двери и повернула ручку.
Ее встретила непроглядная тьма — казалось, что по ту сторону двери притаилась бездонная пропасть. Бэт протянула руку, надеясь, что ее никто не укусит. Пошарила по стене в поисках выключателя.
С выключателем не повезло, но руке, похоже, ничто не грозило.
Шагнув в пустоту, Бэт медленно двинулась налево и уперлась во что-то большое. Судя по звяканью латунных ручек и запаху воска, это был комод. Ощупывая все вокруг себя, она медленно продвигалась вперед, пока не отыскала лампу.
Выключатель громко щелкнул, и Бэт зажмурилась, ослепленная ярким светом. Основанием лампы служила хрупкая восточная ваза на резном столике красного дерева. Вся комната была декорирована в соответствии со вкусом владельца дома, в том же изумительном стиле, что и помещения наверху.
Как только глаза привыкли к свету, Бэт огляделась.
— Боже… мой.
Повсюду были ее фотографии. Черно-белые, цветные, снятые крупным планом. Они отражали каждый эпизод ее жизни. Младенчество, детство, юность, учебу в колледже.
Один из снимков был сделан совсем недавно, на пороге офиса «Колдуэллского курьера». Она помнила тот день. Шел первый зимний снег, и она смеялась, глядя в небо.
Это было восемь месяцев назад.
Мысль о том, что они с отцом разминулись на какие-то полгода, больно сжала сердце.
Когда он умер? Как жил?"
"Несомненно одно: у отца был превосходный вкус и безупречное чувство стиля. И еще — он определенно любил красивые вещи.
