— Это намного лучше, да?
— Теоретически, конечно, гибель одного лучше, чем гибель многих, — с сарказмом произнес Ляпунов.
— Да еще разрушение целого здания — это же какие убытки для МВД, — покачал головой дежурный.
— За убытки МВД переживаешь? — следователь засмеялся.
— Между прочим, одного уже увезли, — сказал Тимонин. — Уже забыли?
— Выживет… рана сквозная, сердце не задето… — неуверенно сказал Голубев.
— Если Деревянко умрет, я ее, суку паршивую… — скрипнул зубами Тулегенов.
— А ей теперь до фонаря — умрет Деревянко или не умрет.
Она себе уже срок заработала.
— Да я не к тому сказал, — смутился Голубев. — Я к тому, что взрыва, может, не будет.
Тулегенов опять прислонил ухо к двери:
— Не слышно… тихо разговаривают… А может, не разговаривают?
— Что они тогда делают, хотел бы я знать? — спросил Ляпунов.
— Сейчас спецназ прибудет, — посмотрев на часы, сказал дежурный.
— А на хрен они тут нужны? — спросил Тулегенов. — Пыль поднимать? Тут одно неосторожное движение — и эта припадочная точно взорвет нас всех.
— Я обязан был вызвать, — сказал дежурный.
— Ох, и позорить нас будут, — пробормотал Голубев. — На всю Москву. Оперов убойного отдела прямо на их рабочем месте баба в заложники взяла — страшная народная сказка…
— И на старуху бывает проруха, — сказал следователь.
Галка и Витька по-прежнему сидели в машине и смотрели на подъезд райотдела милиции. После отъезда «скорой» там все было спокойно, только в здание уже почти никто не заходил, а больше выходили — рабочий день кончился.
— Сколько времени прошло? Полчаса? — спросила Галка. — Нет, нельзя больше сидеть, надо туда идти.
— Нас не пустят, — ответил Витька. — Я пробовал пройти — меня дежурный мент не пустил.
— Ну и что, будем сидеть и ждать? Я так не умею.
— Но твой папа сказал же — ждите, — неуверенно возразил Витька.
— Меня папа всегда учил действовать, — она открыла дверцу. — Идешь со мной?
Витька колебался.
— Ну и сиди. Ты не мужчина — ты сплошное недоразумение!
— Пойду… — наконец решился Витька и тоже вылез из машины.
И в это время к зданию райотдела стремительно подкатил милицейский автобус, с визгом затормозил, и из него, как горох, посыпались люди в камуфляжной форме, в закрытых шлемах, с короткими автоматами наперевес. Слышались отрывистые команды.
Несколько бойцов нырнули в подъезд, двое остались у дверей. В автобусе остались двое старших по званию, сидели возле рации, напряженно слушали.
— Это спецназ приехал, — сказала Галка.
