И в лице она изменилась, не было больше вошедшего в раж следователя, перед Вайсом сидела уставшая женщина, причем очень красивая."
"Вайс никогда не замечал за собой тягу к женщинам в форме, но сейчас он мог сказать, что в кителе с погонами Марина смотрелась гораздо лучше, чем в штатском. Впрочем, она могла покорить его в любом виде, даже в бомжацкой рванине, еще лучше без нее. Вообще без ничего…
– Почему?
– Потому что у тебя нет шансов. Но моему начальству нужно твое признание. Если его не будет, меня заменят, и с тобой будет работать другой следователь, – с какой-то непонятной грустью смотрела на него Марина.
– Я не хочу сказать, что тебе приятно мое общество. Но я хотя бы не пытаюсь применить к тебе меры… скажем так, силового воздействия. Это вообще не мой метод работы. Все, что противозаконно, – это не для меня. Но большинство моих коллег считают по-другому. Про следователей прокуратуры я пока ничего не говорю, но дело в том, что мне приходится сдерживать порыв оперативного обеспечения. Сюда к тебе рвется майор Околотов.
Знаешь такого?
– Знаю.
– И как он тебе?
– Приятного мало.
– А фамилия Батаров тебе что-нибудь говорит?
– Это еще серьезней.
– Честно тебе скажу, я не самого лучшего мнения о Фарадееве. Более того, мне Миша намекал, что в этом деле с вашими арестами не все чисто, что вашу банду обезглавили неспроста. Про крыши он ничего не говорил, но, насколько я понимаю, кое-кто действительно пытается забрать ваш бизнес…
– С тобой приятно иметь дело, – улыбнулся Вайс.
– А мне с тобой – нет. И я тебя нисколько не жалею. Ты – бандит, а на твое место метят другие бандиты, вот и все. В мире животных такое бывает, более сильные волки убивают более слабых. И если ты потеряешь место под солнцем, я переживать не стану. Но я бы не хотела, чтобы тебя убили… Дрянь ты, Василий. Бандитская дрянь. И руки у тебя по локоть в крови. Но мне кажется, что ты не убивал Мишу.
– Я здесь точно ни при чем.
– Возможно, это сделал кто-то другой…
– Фарадеев это сделал. Или Пугач.
В общем, кто-то из их шарашки. У них большие планы, и замахиваются они очень круто…
– Пусть замахиваются. Пусть пожирают вашу свору, пусть пожирают друг друга. Я не хочу лезть в это дело. И не буду.
– А как же Миша?
– Рано или поздно правда всплывет наружу. И тогда его убийцам воздастся по заслугам.
– Махорцеву найди. Она тебе откроет правду…
– Хотелось бы на это надеяться. Но разговор сейчас не о ней. И не о Мише. Со всем этим я как-нибудь разберусь.
