Послушай лучше моего совета, сними свой никчемный белый плащ с черным крестом и надень его подкладкой кверху, никто тебя и не тронет.
Из последующих слов рыцаря, весьма энергичных, Мадленка заключила, что он очень хотел бы видеть ее там, где она желала бы оказаться в последнюю очередь. Не слушая больше крестоносца, Мадленка спрятала стрелу, подобрала сумку с остатками еды и зашагала по дороге туда, где должны были располагаться владения князя Доминика.
Мадленка не успела сделать и десяти шагов, когда услышала окрик:
— Эй!
Обернувшись, она увидела все того же раненого рыцаря, сидевшего на своей серой в яблоках лошади.
Надо признать, что на боевом скакуне он смотрелся гораздо выигрышнее, чем в луже крови на земле. Мадленке показалось даже, что он внял ее совету и перевернул плащ изнанкой кверху.
— Я же сказал, я не приемлю благодеяний! — крикнул рыцарь.
— И что это значит?
— Чтоб тебе сдохнуть от чумы! — выкрикнул синеглазый. — Знай, что если ты когда-нибудь мне попадешься, я велю повесить тебя за горло!
Замечу, что это было весьма существенное уточнение, ибо в описываемую эпоху были распространены также способы подвешивания за ноги, за волосы и даже, пардон — ну да, вы, конечно же, сообразительней меня — за половые органы.
Поскольку синеглазый успел порядком надоесть Мадленке своей мелочностью и она уже узнала от него все, что хотела знать, моя героиня ни секунды не колебалась с ответом.
— Чтоб тебе сдохнуть от проказы! — заорала она но всю силу своих легких.
— Если ты мне попадешься, то я не стану даже тратить время на то, чтобы плюнуть тебе в лицо!
И, повернувшись спиной к Боэмунду фон Мейссену, пошла прочь."
"Глава седьмая,
в которой приводятся весьма любопытные соображения насчет истинного и ложного богатства
Дорога становилась все шире и шире, другие дороги вливались в нее, и Мадленка, убежденная в правильности избранного ею направления, шла прямо, никуда не сворачивая. Мало-помалу стали попадаться люди; двое стариков-нищих, к которым она обратилась, подтвердили, что этот путь точно приведет ее в замок князя Доминика Диковского.
Нищие, видимо, принявшие шустрого рыжего мальчишку за своего, посоветовали ему изобразить увечье или измазаться грязью, если он и впрямь хочет поживиться в замке, ибо князь, хоть и богат несметно, денег за так не подает.
Мадленка учтиво поблагодарила за ценные сведения и отправилась дальше.
