Машины разделяли каких-то три метра, но при такой болтанке попробуй попади в едва виднеющуюся макушку.
На спидометре было сто сорок. Таран набрал в легкие воздуха, сказав себе: пора!
Наступив на педаль акселератора, он обошел «Чероки» справа. Машины пошли вровень. Оскалившийся Гассан что-то прокричал, пытаясь выровнять свободную руку с пистолетом. Еще секунда, и все кончится.
Таран на миллиметр отпустил педаль. Заднее колесо «Чероки» оказалось чуть впереди капота «Ниссана».
– Привет от Гастелло, – завопил Таран и дал полный газ.
Машина рванулась вперед. Таран слегка повернул руль, направляя бампер между задней дверцей и бампером «Чероки». Грохнул запоздалый выстрел, пуля ушла в никуда.
Последовал сокрушительный удар. «Ниссан» тряхнуло, но он удержался на асфальте, тогда как «Чероки», скрипя всеми своими деталями, запрыгал вниз по склону холма. Перевернулся через крышу, снова встал на колеса, закувыркался боком…
Готов! Таран резко затормозил и дал задний ход, остановившись на том месте, где «Чероки» слетел с трассы.
Вылез из машины, хлопнув дверцей, вытащил из-под ремня пистолет и глянул вниз.
Холмистый склон спускался куда-то к морю и терялся в кромешной темноте, где шумел прибой. У берега смутно угадывалась пенная неровная полоса волн. А дальше – мрак. И мертвая тишина.
* * *"
"Ощупывая подошвами почву, укрытую густой травой, Таран стал медленно спускаться вниз. Иногда он замирал и прислушивался. Но никаких новых звуков не было. Только монотонный шум прибоя да стрекотание цикад.
Спуск показался бесконечным, но вот глаза, привыкшие к темноте, различили внизу светлый силуэт рухнувшей в расщелину машины.
Внимание! Держа пистолет наготове, Таран стал приближаться к «Чероки». Рядом с перевернутым автомобилем копошилась темная фигура.
– Не бойся, – послышалось оттуда. – Патроны кончились. Зато есть кое-что другое.
– Что? – хрипло спросил Таран, держа фигуру на мушке.
– Иди сюда, увидишь, – предложил Гассан.
– Сам иди сюда.
Подними руки и иди.
– Если бы я мог ходить, ты бы меня здесь не нашел, придурок. У меня ноги перебиты. Обе.
Луна нехотя выползла из-за туч, заливая овраг мертвенным светом. Повернув белое лицо к Тарану, Гассан выставил перед собой обе растопыренные пятерни, давая понять, что стрелять больше не собирается. Он полулежал, привалившись к джипу спиной. Его вытянутые ноги походили на тряпичные. Одна подошва была вывернута под совершенно неестественным углом.
