Я подошел ближе. Раковина была раздавленным панцирем какого-то гигантского насекомого. Неподалеку, замаскировавшись между корнями деревьев, лежала оторванная нога чудовища.
– Мирмек. Вернее, то, что от него осталось.
Глаза Мэг прятались за забрызганными дождем стеклами.
– Мурр-мукк?
– Громадный муравей. Где-то в лесу их, должно быть, целая колония.
Мэг поморщилась.
– Терпеть не могу жуков.
Это было вполне естественно для дочери богини земледелия, но меня дохлый муравей пугал не больше, чем кучи мусора, в которых мы часто купаемся.
– Не беспокойся. Этот мертв. У того, кто его убил, должны быть крепкие челюсти, чтобы прокусить панцирь.
– Называется, успокоил. И… они опасны?
Я рассмеялся:
– О да. Они разные бывают, от маленьких, размером с собаку, до больших, как медведь гризли. Однажды в Индии я наблюдал, как колония мирмеков атаковала греческую армию. Было весело. Они плевали кислоту, которая проедала бронзовые доспехи, и…
– Аполлон…
Улыбка на моем лице пожухла. Пришлось напомнить себе, что я уже не зритель.
Что муравьи могут нас убить. Легко. И что Мэг напугана.
– Все правильно. Дождь не дает мирмекам выйти из туннелей. Тут главное – не стать привлекательной мишенью. Им нравятся яркие, блестящие штучки.
– Вроде фонариков?
– Э…
Мэг протянула мне фонарик.
– Веди, Аполлон.
Я подумал, что это несправедливо, но двинулся дальше.
Примерно через час или около того (лес не был таким большим), дождь прекратился. От земли валил пар. Воздух потеплел. Влажность достигла того уровня, что бывает в бане.
Над ветвями деревьев клубился густой туман.
– Что происходит? – Мэг вытерла лицо. – Тут как будто в тропическом лесу.
Ответа у меня не было.
Через какое-то время я услышал звук бегущей по трубам или прорывающейся через трещины воды и невольно улыбнулся.
– Гейзер.
– Гейзер, – повторила Мэг. – Как Старый Служака[9]?
– Отличная новость. Возможно, мы сумеем определить направления. Наши заблудившиеся могли даже найти убежище здесь!
– У гейзеров.
– Да нет же, глупая.
У богов гейзеров. При условии, что они в хорошем настроении, это было бы прекрасно.
– А если они в дурном настроении?
– Тогда мы развеселим их до того, как они успеют нас сварить. За мной!
23
От одного до десяти
На сколько тянет ваша смерть?
Спасибо за внимание
Не было ли безрассудством с моей стороны спешить к богам столь переменчивой натуры?
Да перестаньте. Критиковать задним числом собственные решения не в моем характере. Я и без этого прекрасно обхожусь.
