Мне предстояло выйти замуж за истинное пугало! Можно не сомневаться, что он бы превратил мою жизнь в домашний ад!
Последние слова были уже едва различимы среди беспрерывных всхлипываний, но Джессика тотчас улыбнулась:"
"– Десмонд – благослови его Господь! – все понял и сразу сказал, что принуждать меня ни при каких обстоятельствах не станет. Он уверил меня, что я могу жить в Маккол-кастл сколько угодно. Всем известно, что я была невестой Алистера, что мне некуда деваться, а коли так, Макколы должны заботиться обо мне, как о родственнице.
Конечно, если бы мы с Десмондом жили в замке одни, это могло вызвать толки и он, чего доброго, вынужден был бы жениться на мне, но присутствие Урсулы и Джаспера… что такое, Марион?!
– Ни-че-го, – с усилием выдавила Марина. – Просто вдруг в горле запершило! Ерунда!
Никакая не ерунда. Не просто запершило в горле – у нее дыхание сперло от слов Джессики: «Он вынужден был бы жениться на мне».
Почему ее так поразили эти слова? Ведь это был бы лучший выход для всех: для Джессики, для Десмонда, для семьи.
И для нее тоже! Влюбись Десмонд в Джессику, он постарался бы поскорее сплавить отсюда свою тайную жену, предварительно освободив ее от брачных уз.
Марина свободна, она может заглядываться на любого мужчину, хоть бы на этого Хьюго, хотя уж себе-то врать не стоило бы! То же и Десмонд… Но почему-то мысль о том, что Десмонд может полюбить – не просто плотски желать, но любить! – кого бы то ни было, пусть даже милую и очаровательную Джессику, вызывала у Марины неистовую боль.
Нет, это надо скрыть, непременно скрыть, не дай бог Джессике хоть что заподозрить. Довольно, что Джаспер углядел нечто неладное.
– Я… кажется, я простудилась, – выдавила Марина, старательно и довольно-таки натурально чихая. – Ах, боже мой! Ап-чхи! – Она выхватила из кармана платок, поднесла к носу – и выронила: что-то укололо ее лицо. И вовсе это не платок, а скомканная бумажонка, вся кругом исписанная и исчерканная.
Батюшки-светы! Да ведь это листок из Джасперова дневника, ничто иное! Очевидно, Марина безотчетно сунула листок в карман, когда Саймонс едва не застиг ее на месте преступления.
Она быстро нагнулась за скомканным листочком, но Джессика оказалась проворнее.
– Вы уронили, Марион. Что это? Какой у вас странный носовой платок! – Она рассмеялась.
– Сама не знаю, что такое? – деревянно пробормотала Марина.
