– Далеко не убегай, может и понадобишься. Как дела пойдут, – пожал Мишка плечами и зашагал к греку.
– Здравствуй, Михаил, – улыбнулся Савва, протягивая руку.
– И тебе здоровья, Савва, – кивнул парень, пожимая сухую, словно деревяшка, ладонь. – Дело к тебе есть.
– И я даже догадываюсь, какое, – понимающе хмыкнул грек.
– Думаю, нет, – качнул Мишка головой.
– А ты не думай. Беглого в деревне ты пристрелил?
– Было дело. Палить начал у самых ворот. Хорошо не в окно мне пулю вогнал. Пришлось угомонить.
– Вон оно как, – задумчиво протянул Савва и, огладив бороду, кивнул, – добро.
Решим. Думать надо, где шум поднимаешь. А что еще?
– Купец один есть. В его флигеле офицера ранили и дочку того офицера заложницей взяли. Я того варнака порешил…
– Забудь. Стылый всегда дураком был и помер как дурак, – отмахнулся Савва.
– Да ты дослушай, – вздохнул Мишка. – В общем, купец этот решил из-за той стрельбы меня в должники записать. Я двух его подручных помял, а самому бороду обрезал. Думаю, он теперь станет искать, кого ко мне с пером подослать.
Вот тут мне твоя помощь и надобна. Не хочу лишней крови. Сам понимаешь, просто так меня не взять. А если сунутся и тетку зацепят, я всех ссыльных по ветру пущу. Про мою засаду на хунхузов слышал?
– Две недели языками мололи, – усмехнулся грек. – Удумал ведь.
– А теперь представь, что будет, если кто мою родню зацепит, – веско проговорил Мишка, останавливаясь и разворачиваясь к нему всем телом.
– А ты ведь не шутишь, – качнул Савва головой после минутного молчания.
– Совсем не шучу. Мне тогда терять нечего станет. Умою их кровью и в тайгу уйду.
– Значит, вспомнил, как по тайге ходить? – быстро спросил Савва, намекая на их прежний разговор.
– Вспомнил, – кивнул Мишка. – Осталось место подходящее найти. Те, что знаю, слабые. За лето набрать с фунт может и получится, но это не для твоих планов.
– Верно. Ладно. Есть у меня пара человечков. Пьют много и болтают без удержу. Но за сезон до пуда намывают. Поговорю с ними, – подумав, заявил грек.
– Место узнай.
А дальше сами справимся. Не нужно лишних глаз в таком деле, – ответил Мишка, успевший все продумать. – Ты рыжьем займешься, а я заимку поставлю и по хозяйству. А дальше ты в свою сторону, а я в свою.
– Что, и себе ничего не возьмешь? – насторожился грек.
– Мне место останется, – усмехнулся Мишка. – Это ты уйти рвешься, а мне идти некуда. Если только из дому, совсем."
"– А ты ведь, похоже, задумал что-то, – задумчиво протянул Савва, рассматривая парня.
