Встреча под гольцом
Под перевалом увидели след человека — старый, расплавленный солнечными лучами, на плешине снега. Загбой внимательно изучал его, прикидывал направление, цель, время. После некоторого раздумья однозначно бросил:
— Кочует кто-то, вчера утром хоти. Отин, без собак, не знаю, кто. Тальше пойтём, гляти бутем… — И тронул учага вперёд, по знакомой тропе. За ними устало потянулся весь караван.
А след ведёт в том направении, куда идут они. Вышли из распадка на прилавок — и человек идёт туда. До зимовья под Кучумом не больше километра, и уверенная поступь — туда.
Значит, встречи с охотником не миновать.
— Свои или чужие? — с волнением спросил Залихватов.
— Увидим скоро, — загадочно ответил эвенк.
— Может, послать кого вперёд, посмотреть. А то лучше обойти стороной.
— Зачем стараной? Тут плохой человек нет. Сейчас, отнако, весна. Плахой человек тайга летом хоти, жёлтые камни искать. Или осенью. И с каторга плахой человек рано летом беги. А сейчас снег кругом. Кушать нет, только помирай. Нет, отнако, там кто-то знакомый.
Чужих нет. Пойтём на зимовье, — убеждённо сделал свой вывод Загбой и смело последовал дальше."
"Но Николай Иванович распорядился по-своему. Он повернулся к товарищам, приказал приготовить ружья. Так, на всякий случай. Сколько в тайге от зряшного человека людей погибло, «знает только один Бог да Яшка. И не вышла бы промашка».
Впереди тот ложок, в котором стоит старая, утлая изба, в которой прошлой зимой располагалась их поисковая экспедиция, откуда Загбой с сыном и Залихватовым поднимались на Кучум.
Вроде как напахнуло дымом. Собаки застригли ушами, оглядываясь на людей, пошли на некотором расстоянии впереди аргиша. Перед ключиком ещё след, да не один, а целая тропа, набитая множеством человеческих ног. Кто-то ходил в гору одним местом, перетаскивая тяжёлый груз.
Загбой опять остановил своего верховика, медленно прошёлся по тропе, что-то рассматривая. Наклонился, что-то поднял из-под ног, выпрямился, довольно заулыбался.
— Эко! Тут, отнако, Калтан живёт с сыном! На кору хотили, — махнул рукой на высокий, оттаявший солнопёчныи склон.
— Зверя, марала стреляй. А потом мясо носи.
— Ну, ты и рассудил, — удивлённо покачал головой Николай Иванович. — Откуда ты всё знаешь?
Следопыт обиженно посмотрел на него, покачал головой:
— Эко! Не люча, а чурка с глазами. Разве непонятно? — Показал рукой на тропу: — Тут всё сказано. Вот капельки крови, так мясо капай. А тут волос сверя. Шкуру несли. Цвет рыжий, волос пустой.
