Некоторое время что-то высматривал, перекрикивая поток, обратился к Уле:
— Давай на ту сторону, — махнул головой на противоположный берег. — Там место хорошее, груз перетащим, а оленей здесь привяжем, Загбой утром перегонит…
Девушка растерянно посмотрела через ручей. Да, без всякого сомнения, там место хорошее. Тайга чистая, ветровал не затронул кедрач. Место плотное, сухое, дров много. Перейти на ту сторону можно вот по этому поваленному кедру. А оленей можно оставить здесь, в тальниках, до утра корма хватит.
Пока Уля рассматривала переправу, Агафон уже забрался на поваленный выскорь, топором стал обрубать сучки для прохода. Боковые, что подавались под острое жало, отсекал под корень. Вертикальные — с небольшим запасом. Они торчали как острые пики: стоит оступиться или споткнуться, беды не миновать.
Вернулся Миша, рукавом рубахи вытер со лба пот, опять закричал Уле:
— Что, на ту сторону?
Девушка согласно кивнула головой, пошла разгружать оленей. Миша стал ей помогать. Костя, не зная, что делать, бестолково топтался на месте.
Вдвоём быстро освободили животных от поток, поочерёдно на некотором расстоянии друг от друга привязали к кустам. Олени с жадностью стали поедать свежие побеги тальников, молодую траву, некоторые потянулись за горькой бородой, обильно поросшей на нижних сучьях елей. К этому времени Агафон закончил работу и назад уже прошёл по чистому, без сучьев стволу кедра. Теперь оставалось только перенести груз на ту сторону ручья и обосновывать аргиш на отдых.
Первой пошла Уля. Девушка надела на плечи свою небольшую котомку, перекинула через спину винтовку, ступила на ствол. Сделала первый шаг, проверяя прочность сцепления ноги и дерева, покрутила ногой, недовольно покачала головой. Нет, так не годится. Вдруг присела, сняла с себя обувь, пошла босиком. Так надёжнее. Голая ступня и кора кедра лучше выдерживают зацепление, меньше вероятности поскользнуться и упасть в бушующий поток.
А ручей как будто того и ждёт. Мутный поток бесится, ревёт, мечется.
Бросает холодные брызги в лицо идущего человека, пугает грохотом, кружит голову скоростью. Стоит только засмотреться на воду, и можно потерять равновесие. Но Уля знает, что смотреть на воду нельзя. Она смотрит себе под ноги, на ствол кедра, на противоположный берег, на заросли тальниковых кустов, поэтому идет уверенно. Двухвековой исполин упал совсем недавно, может быть, в прошлом году летом или осенью. Шероховатая кора ещё не успела отопреть, подгнить.
