А Уля? Это милое, доброе создание, дитя тайги, дочь седых белогорий, выросшая без отца: как она проживёт там?
Да и сам он, Сергей, после нескольких лет таёжной жизни, приключений, череды драматических событий и общения с этими людьми, сможет ли вернуться к той, прежней жизни, уехать, оставить то, что ему стало беззаветно дорого? Он просто не знал, как в дальнейшем сложится его жизнь.
А время бежит, торопится. Вот уже посветлели далёкие вершины острых гольцов, прояснились очертания рубцеватых гор и распадков. Незаметно заговорил, запел, защебетал пернатый мир.
Острее и громче зашумели говорливые ручьи. С востока пахнуло робким теплом, подтаявшим снегом, смольём проснувшихся деревьев. Где-то там, на линии горизонта, напряглась матовая полоска: далёкое солнце торопило рассвет.
Уля зашевелилась:
— Пора…
Выдернула руку из-под куртки, тщетно выискивая отброшенную рубашку. Сергей задержал её, прижал желанное, налитое соком девичье тело, посмотрел в глаза. Потом вдруг вскинул голову и широко улыбнулся.
— Что ты? — удивлённо спросила она, стыдливо натягивая на оголившиеся бугорки сползающие одежды.
— Я понял! Я понял, на что похожи твои глаза!
— И на что же? — с интересом выдохнула Уля.
— Твои глаза прекрасны, очаровательны, как снег на рассвете!
— Вот ещё!.. — попыталась обидеться она, надувая губки. — Снег на рассвете… Холодный, ледяной…
Однако тут же сама поняла, что сравнение для неё приятно. Ей никто не говорил такие слова, и от этого закружилась голова. Почему-то вдруг захотелось поцеловать его, что она тут же и сделала: торопливо прикоснулась к его щеке и нежно погладила по голове.
Он ответил лаской, прикусил губами переспевшую брусничку на груди, бережно прижал к себе. Уля попыталась противиться, да где там! Разве можно отказаться от мёда диких пчёл, однажды попробовав этот вкус?..
Солнечный лучик упал на щёку Ули, медленно пополз, лаская и обогревая бархатную кожу, нежно поцеловал пушистые ресницы и наконец-то открыл глаза девушки.
Она встрепенулась, с испугом приподняла голову, осмотрелась.
Бог мой! В тайге день, от ночи не осталось и следа. Костёр давно потух, но в объятиях любимого не холодно, а даже жарко. Кругом звенит весенняя капель, так жарко греет солнце. Сколько времени? Не понять. Небесное светило зацепилось за макушку огромного кедра. Услышала неподалёку какой-то шум. Костя! Смотрит на неё округлившимися глазами, не может понять, что происходит — не так часто приходилось видеть в тайге девушку с обнажёнными плечами.
