– Даже не знаю, что подумать… Нет, можете не открывать, я просто расскажу… Мне не спалось, сидел на балконе… Меня, надеюсь, не видели за простенком… У вас на балконе человек… по крайней мере один… А еще один внизу, их всего двое… Я слышал, как они очень тихо переговаривались, потом один полез… Это нетрудно, поверьте, нужно лишь подняться на вал, хорошо подпрыгнуть, зацепиться за край плиты…
Все, этого довольно, остальное потом! Он отшатнулся от двери, вылетел на цыпочках из прихожей. Ай да Виктор, ай да «зрячий» сукин сын… Он сел на корточки, затаил дыхание.
Виктор сообразил, перестал скрестись.
Капитан всматривался, слушал. А ведь отличное решение: забраться на балкон, изготовиться к броску, выбить запертую на шпингалет дверь. Или провернуть по-тихому – отжать дверь чем-нибудь металлическим, тихонько открыть, войти в гости к мирно спящему капитану милиции. Зачем раньше времени будить весь дом?
Предметы обстановки проявлялись из мрака. Вырисовывался квадрат окна за куцыми шторами, прямоугольник балконной двери.
Шорох за дверью, тихий скрип. Там действительно кто-то был, сидел на корточках, чтобы не маячить.
Дверь слегка подалась внутрь, качнулась штора. Значит, работает второй вариант: хотели войти «по-семейному», отработать без шума, скажем, ножом. А когда еще? Только ночью. Днем его не взять – во всяком случае без шума.
Он продолжал сидеть на корточках, поднял пистолет. Патрон уже в стволе, лязгать затвором не нужно.
В брюках, которые он предусмотрительно оставил на себе, вторая обойма.
Отгибалась штора, дверь открывалась внутрь – к удивлению, без скрипа, очевидно, ее приподнимали. Обрисовывалось что-то мутное, непрозрачное. Человеческий корпус, голова, на которой решительно отсутствовало лицо – прикрытое, видимо, маской. В комнату проник свежий воздух. Дверь дошла до упора, отъехала штора, фигура ночного визитера сделалась ближе. Он слышал чужое размеренное дыхание.
Явно мужчина, но никаких примет, даже рост не определить – он двигался на полусогнутых… Человек изучал пространство – пустая кровать, шкафы. До капитана, сжавшегося в пружину за простенком, его взгляд пока не добрался. Повернулась голова – там вторая комната, жертва может спать в ней…
Он мог открыть огонь, но это глупо. Первого убьет, второй уйдет, и снова начинай все заново… Можно в ногу, почему бы нет? Оба этой ночью совершали глупые ошибки.
