Да даже твой отец ему уже про рыбалку свою рассказывает.
— Четыре, — хмыкнула я.
— Что четыре? — не поняла мама.
— Четыре бокала тебе понадобилось, чтобы Лёша стал хорошим. Или дело в том, что он при деньгах?
— Ай, деньги… — махнула мама пофигистично рукой. — Сегодня есть, а завтра нет. Главное, чтобы у тебя были, — хохотнула она заговорщицки. — А он такой, да у тебя… хулиган?"
"— Мам, что за нотки шальной императрицы в голосе? Кажется, кому-то на сегодня достаточно четырёх бокалов.
— Да, не… Просто вспоминаю, как твой папа с окна моей комнаты в трусах прыгал.
От моего отца прятался. Мне же до свадьбы ни-ни. Нельзя было, — хихинула, краснея ни то от вина, ни от воспоминаний. — Хорошо, что этаж был второй. А сейчас, смотри, как твой папа такого же сурового тестя изображает.
— Папа, вроде, и с Серёжей строгого тестя изображал.
— Не, — поморщилась мама. — Папе твой Серёжа никогда не нравился. Просто он терпел его ради тебя. Видел, что ты влюблена. А Лёша ему действительно понравился. Особенно после того, как папа узнал, что твой этот парень посадил Серёжу… Твой папа так даже свой любимый спиннинг не хвалил, как Алёшу.
Было много мата, конечно, но каждый был в положительном ключе.
— Не сомневаюсь, — хмыкнула я, вновь пригубив вино. — Я про мат.
— Он тебе правда машину подарил? — шепотом спросила мама.
— Дал свою на время поездить. У него их две. А ты откуда, вообще, всё это знаешь?
— Катя сказала, — невозмутимо ответила мама.
— И давно это мои мама и подружка за моей спиной мои же кости перемывают?
— Мы за тебя переживаем, — в качестве главного весома аргумента отбилась мама.
— К тому же, Катин Руслан сказал, что Лёша из хорошей семьи. Брат у него положительный. Так что… Ничего лишнего мы не обсуждали. Но про татуировки мне Катя, почему-то, не сказала, — хмуро дополнила мама.
— Наверное, потому что они неважны для оценки человеческих качеств? — хмыкнула я.
— Но они пугают. Видела бы его твоя бабка… Вилами бы перекрестила. Главное, чтобы Варя с возрастом от него это не перехватила.
Основными болтунами за столом были, конечно, Варя, папа и Лёша. Но Варя быстро устала, поэтому я уложила её спать, а папа с Лёшей ещё остались за столом, допивая запасы, казалось, всего спиртного, что было в доме.
Мы с мамой уже успели протрезветь. Даже помыли часть посуды, помылись в душе и переоделись в пижамы, а мужчины всё сидели за столом, снова и снова находя темы для обсуждения.
— Моя девочка, — сказал Лёша, пьяно стрельнув в меня взглядом.
